Роль прокурора в возбуждении уголовного дела

РОЛЬ ПРОКУРОРА В СОБЛЮДЕНИИ ОРГАНАМИ РАССЛЕДОВАНИЯ
РАЗУМНОГО СРОКА УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА

Вопросы развития российского уголовного судопроизводства всегда были и остаются весьма актуальны для отечественной юридической науки.

Каким должно быть российское правосудие, в каком направлении должно развиваться уголовно-процессуальное законодательство — эти и многие другие вопросы стоят на повестке дня. Формирование правового государства, потребность общества в действенном механизме обеспечения защиты прав и свобод диктуют необходимость решения непростых задач. Одной из них, наиболее актуальной и трудно реализуемой, является проблема защищенности личности в уголовном процессе, потому что уголовное преследование вторгается в сферу конституционных прав и свобод человека.

В соответствии с уголовно-процес-суальным законом одним из назначений уголовного судопроизводства является защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений (п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ). В число гарантий обеспечения данной защиты входит своевременное возбуждение уголовного дела, его расследование, изобличение виновных лиц и привлечение их к ответственности в кратчайшие сроки. Указанные гарантии закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации в качестве требования соблюдения разумного срока уголовного судопроизводства (ст. 6.1 УПК РФ).

Процессуальные сроки имеют важное значение для обеспечения режима законности как при выполнении отдельных следственных действий и принятии процессуальных решений, так и при производстве расследования в целом. Процессуальное значение сроков заключается в том, что они ограничивают время проведения процессуальных действий, способствуя тем самым устойчивости правового статуса отдельных участников уголовного судопроизводства в пределах определенного времени. С другой стороны, процессуальные сроки позволяют оптимизировать сам процесс расследования, предупреждая медлительность, волокиту, предопределяют темпы выполнения следователем процессуальных действий, обеспечивая тем самым максимально быстрое раскрытие преступлений.

Особенности исчисления процессуальных сроков оказывают прямое влияние на определение следователем методики и выбор тактики расследования преступлений(1).

Кроме того, соблюдение разумного срока производства по уголовному делу

характеризует уровень защиты прав и свобод человека и определяет в целом качество процессуального производства.

Официально требование соблюдения разумных сроков производства по уголовному делу было установлен относительно недавно, согласно вступившим в законную силу 30 апреля 2010 г. изменениям УПК РФ(1). Это требование фактически вытекало из принципа публичности, обязывающего к интенсивной, активной деятельности, к быстрому и своевременному установлению обстоятельств уголовного дела.

Соблюдение разумного срока уголовного судопроизводства играет важную роль в обеспечении защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, и является актуальным аспектом правоприменительной деятельности отдельных участников уголовного судопроизводства, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты.

Положения ст. 6.1 УПК РФ, а также изменения, внесенные в ст.ст. 123—124 УПК РФ, по сути, обусловливают основы организации правозащиты как направления процессуальной деятельности, поскольку определяют предмет защиты (право лица на осуществление судопроизводства в разумные сроки), а также средства и способы обеспечения указанного права. Содержание норм ст. 6.1 УПК РФ, а также их место в системе норм гл. 2 УПК РФ вызывает потребность осмысления сути данных новелл в контексте: 1) признания устанавливаемых ими положений в качестве самостоятельного принципа разумных сроков; 2) соотнесения их с уже имеющимися в науке утверждениями о выделении принципа быстроты и оперативности предварительного расследования; 3) рассмотрения этих новелл как правового оформления требования процессуально-должностной активности субъектов, ведущих процесс, которое традиционно в науке включается в содержание принципа публичности(2).

Вместе с тем, как показывает исследование, на практике не всегда выполняется требование уголовно-процессуального законодательства о соблюдении разумных сроков расследования, следователи и дознаватели нередко допускают нарушения закона.

Анализ причин рассматриваемых нарушений уголовно-процессуального закона органами расследования, их количества и характерных признаков позволил прийти к выводу, что превышение разумного срока допускается уже на стадии доследственной проверки. А ведь именно несвоевременное возбуждение уголовного дела ведет к затягиванию сроков доследственного производства, созданию предпосылок для дальнейшей волокиты при производстве расследования и, соответственно, нарушения конституционных прав.

Результатом волокиты со стороны органов расследования является не только незаконное затягивание срока проверочных мероприятий, но и необходимость неоднократных обращений граждан в органы прокуратуры о защите их нарушенных прав.

Изучение статистики вполне определенно показывает, что указанные нарушения допускаются и в рамках производства по возбужденному уголовному делу.

Основными причинами нарушения сроков расследования являются совершение преступлений в условиях неочевидности, установление лиц, их совершивших, не на начальном этапе расследования, а по истечении длительного времени. Также длительность сроков расследования обусловливается многоэпизодностью расследуемых преступлений, совершением их в составе организованных групп, преступных сообществ. Уголовные дела о преступлениях в сфере экономики требуют от следователей изучения большого объема нормативных документов для подготовки к производству следственных действий, что также непосредственно отражается на сроках расследования. Кроме того, существенным фактором затягивания сроков расследования является длительность производства судебных экспертиз, например строительных, бухгалтерских, финансово-экономических. Сказывается также высокая нагрузка, возложенная на органы расследования. Зачастую следователь либо дознаватель не допрашивают потерпевших сразу после возбуждения уголовного дела по обстоятельствам преступления, выяснив при этом приметы преступника, а откладывают это на последние дни оставшегося срока расследования, выясняя новые факты и тем самым продлевая срок производства по уголовному делу.

Однако не всегда нарушение сроков расследования объясняется сложностью уголовного дела. Как правило, главным фактором выступает допускаемая должностными лицами волокита, что приводит «в лучшем случае» к незаконному приостановлению производства расследования по делу, а в худшем — к прекращению дела по реабилитирующим основаниям, спустя продолжительный период расследования.

Соблюдение разумных сроков расследования возможно при такой организации производства по уголовному делу, которая может быть оценена как достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела. Иными словами, субъекты, ведущие уголовный процесс, должны проявлять правовую активность в организации производства по уголовному делу(1).

Вместе с тем, как показывает практика, ведомственный контроль остается неэффективным инструментом, а нарушения требований ст. 6.1 УПК РФ выявляются лишь в рамках прокурорского надзора за уголовно-процессуальной деятельностью органов расследования.

Таким образом, важной задачей прокурора как одного из основных участников уголовного судопроизводства и гаранта соблюдения действующего законодательства на территории Российской Федерации (п. 1 ст. 1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации») является обеспечение исполнения закона всеми участниками уголовного судопроизводства, в том числе должностными лицами, осуществляющими расследование.

Генеральным прокурором Российской Федерации 12 июля 2010 г. был подписан приказ № 276 «Об организации прокурорского надзора за исполнением требований закона о соблюдении разумного срока на досудебных стадиях уголовного судопроизводства», согласно которому прокурорам предписано усилить работу на данном направлении надзора и впредь уделять ей повышенное внимание(2).

В настоящее время органами прокуратуры Российской Федерации ведется интенсивная работа в указанном направлении деятельности.

Говоря о значимости роли прокурора в соблюдении органами расследования разумного срока уголовного судопроизводства следует вернуться к понятию «правовая активность». В. В. Кожевников пишет, что правовая активность — позитивная, целенаправленная, в значительной степени творческая и интенсивная деятельность личности, превосходящая обычные требования к возможному и должному поведению, как предусмотренному, так и не предусмотренному нормами права, однако им не противоречащая, объективно направленная на укрепление демократии, законности и правопорядка(1).

Анализ деятельности органов прокуратуры показал, что именно правовая активность прокурора играет важную роль в соблюдении органами расследования требований ст. 6.1 УПК РФ.

В свою очередь, требование прокурором активности и правомерности действий от органов расследования на сегодняшний день является основным стимулом развития их правовой культуры и соблюдения основополагающих принципов уголовного процесса, повышения качества процессуального производства.

Таким образом, с целью предупреждения необоснованного затягивания сроков расследования представляется необходимым расширить полномочия прокурора и на законодательном уровне обязать руководителей следственных органов представлять прокурору копии постановлений о продлении сроков предварительного следствия, что в настоящее время УПК РФ не предусмотрено.

При этом более эффективным средством снижения числа уголовных дел, расследование по которым превышает сроки, предусмотренные УПК РФ, будет наделение прокурора полномочиями по продлению сроков предварительного следствия.

Также в целях обеспечения достоверности статистических сведений и недопущения искусственных манипуляций в сфере уголовно-правовой статистики необходимо предусмотреть утверждение прокурором статистической карточки ф. 3 (о продлении срока предварительного расследования).

Существует неразрывная связь между соблюдением разумных сроков предварительного расследования и конституционных прав граждан. Необоснованно продлевая срок расследования по уголовному делу, должностные лица органов расследования нарушают право лиц и организаций, потерпевших от преступлений, на защиту прав и законных интересов.

Необходимо не только усилить работу непосредственно на уже выработанном и закрепленном законодательством правовом поле, но и создавать новые условия укрепления законности и защиты прав и законных интересов всех участников уголовного судопроизводства.

О функциях прокурора в стадии возбуждения уголовного дела

Каменобродский Сергей Лендрошевич, аспирант кафедры уголовного процесса Краснодарского университета МВД России.

Со стадии возбуждения уголовного дела начинается производство по делу. Она играет важную роль в достижении задач уголовного судопроизводства. От своевременного и правильного решения вопросов в этой стадии зависит многое, ибо здесь решается вопрос о необходимости расследования, в ходе которого изобличается и привлекается к уголовной ответственности лицо, совершившее преступление. Характеризуя назначение данной стадии, М.С. Строгович писал, что «возбуждение уголовного дела — правовое основание для всех дальнейших процессуальных действий при расследовании и разрешении уголовного дела .

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 2. М., 1970. С. 10.

Данная стадия имеет следующие задачи:

а) установить наличие или отсутствие повода и основания к возбуждению уголовного дела;

б) закрепить следы преступления;

в) предотвратить готовящееся, пресечь начатое, но неоконченное преступление.

Прокурор является непосредственным участником данной стадии. Однако единого подхода к определению функций, выполняемых прокурором в стадии возбуждения уголовного дела, нет ни в законодательстве, ни в науке уголовного процесса.

Согласно ранее действующему УПК РСФСР, назначение прокурора в этой стадии — быть гарантом соблюдения законности при возбуждении уголовного дела и отказе в его возбуждении. Это следовало из содержания ст. 25 УПК РСФСР, обязывающей прокурора во всех стадиях уголовного судопроизводства своевременно принимать меры к устранению всяких нарушений, от кого бы они ни исходили. Статья 116 УПК РСФСР конкретизировала его надзорную функцию в данной стадии.

Выполнение прокурором единственной функции — надзора за исполнением законов в этой стадии уголовного процесса признавалось и многими учеными . Так, по утверждению А.Б. Ломидзе, роль прокурора на стадии возбуждения уголовного дела состоит в осуществлении надзора за деятельностью следователя и органа дознания по рассмотрению и проверке поступающих сообщений с целью выяснения наличия уголовно-правовых и уголовно-процессуальных предпосылок для возбуждения или отказа в возбуждении уголовного дела .

Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С. 195; Савицкий В.М. Указ. соч. С. 32.
Ломидзе А.Б. Прокурорский надзор за законностью принимаемых следователем процессуальных решений. М., 2000. С. 61.

Однако с принятием УПК РФ изменилось процессуальное положение прокурора в уголовном процессе, в том числе и в стадии возбуждения уголовного дела. Законодатель существенно ограничил функцию надзора, распространив ее только на досудебное производство, а также возложил на прокурора новую функцию — уголовного преследования. Это следует из содержания ч. 1 ст. 37 УПК РФ, в которой говорится, что «прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной настоящим Кодексом, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия».

Понятие уголовного преследования закреплено в п. 55 ст. 5 УПК РФ, где говорится, что уголовное преследование — процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Читайте так же:  Иск на банк за угрозы

До принятия Законов о внесении изменений в УПК РФ от 5 июня 2007 г. N 87-ФЗ и от 6 июня 2007 г. N 90-ФЗ вопрос об осуществлении прокурором этих функций не вызывал особых споров. Характер полномочий прокурора давал все основания полагать, что прокурор выполняет в досудебном производстве и функцию надзора за соблюдением законов органами дознания и предварительного следствия и функцию уголовного преследования.

Сравнивая положения ч. 1 ст. 21 и ч. 1 ст. 37 УПК РФ, М.Г. Ковалева ставила вполне обоснованный на то время вопрос, о соотношении осуществляемых прокурором функций прокурорского надзора и уголовного преследования в стадии возбуждения уголовного дела . При этом она соглашается с позицией В.С. Шадрина, утверждавшего, что функции прокурорского надзора и уголовного преследования «находятся между собой в гармоничном сочетании, дополняя или даже, в зависимости от конкретных обстоятельств их осуществления, перевоплощаясь друг в друга» . Вряд ли можно согласиться с таким мнением, поскольку оно противоречит критериям выделения уголовно-процессуальных функций, высказанным еще М.С. Строговичем, который правильно отмечал, что основные направления деятельности (функции) должны быть тесно взаимосвязаны, но не совпадать и не поглощаться друг другом . Однако изменения, внесенные в УПК, делают спор о соотношении функций уголовного преследования и надзора за исполнением законов в стадии возбуждения уголовного дела бессмысленным, поскольку полномочия прокурора существенно скорректированы. Изменения связаны с образованием Следственного комитета при прокуратуре РФ. Согласно этим изменениям, прокурор утратил полномочия по приему и разрешению заявлений (сообщений) о преступлениях, по возбуждению уголовных дел, что и было содержанием функции уголовного преследования на стадии возбуждении уголовного дела. Эти полномочия теперь всецело принадлежат дознавателю, органу дознания, следователю, руководителю следственного органа .

Ковалева М.Г. Возбуждение уголовного дела и обеспечение его законности и обоснованности: Дис. . канд. юрид. наук. СПб., 2005. С. 157.
Шадрин В.С. Прокурор как представитель прокуратуры в уголовном судопроизводстве // Труды Санкт-Петербургского юридического института Генеральной прокуратуры Российской Федерации. 2004. N 6. С. 5.
Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1. С. 188.
Федеральный закон от 05.06.2007 N 87-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. N 24. Ст. 2830.

Таким образом, функция надзора становится единственной процессуальной функцией прокурора в стадии возбуждения уголовного дела. Такого же мнения придерживается и Ю.П. Синельщиков .

Синельщиков Ю.П. О функциях прокурора на досудебных стадиях уголовного процесса // Российский следователь. 2008. N 17.

Несомненно, что надзорная деятельность прокурора в уголовном процессе есть выражение его государственной функции надзора за исполнением законов. Это следует из ст. 1 Федерального закона «О прокуратуре РФ», возлагающей на прокурора осуществление от имени Российской Федерации надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации. В части 2 ст. 1 этого Закона перечислены отрасли функции надзора за исполнением законов, среди которых есть и надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие . Также называется и гл. 3 Закона «О прокуратуре РФ». Статья 29 этой главы определяет предмет надзора. В предмет надзора применительно к стадии возбуждения уголовного дела входит следующее: надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях, а также законность решений, принимаемых органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие. В статье 30 Закона сказано, что полномочия прокурора по надзору за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие, устанавливаются уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации и другими федеральными законами. В таком случае получается, что полномочия по реализации одной из отраслей государственной функции надзора за исполнением законов устанавливаются уголовно-процессуальным законодательством, что дает нам основание считать данное направление деятельности (функцию) процессуальной, поскольку она урегулирована нормами уголовно-процессуального закона.

Федеральный закон от 17 января 1992 г. (в редакции Федерального закона от 25.12.2008) «О прокуратуре Российской Федерации».

Функция прокурора в стадии возбуждения уголовного дела обусловлена его ролью, которая состоит в осуществлении надзора за деятельностью следователя, руководителя следственного органа, органа дознания, дознавателя по регистрации, рассмотрению и проверке поступающих сообщений с целью выяснения наличия или отсутствия оснований к возбуждению или отказу в возбуждении уголовного дела.

Тем не менее и эта функция претерпела значительные изменения. По правильному замечанию Г.К. Смирнова, она оказалась «в сокращенном виде» .

Смирнов Г.К. Проблемы совершенствования института участия прокурора в досудебном производстве // Российская юстиция. 2008. N 11.

Согласно изменениям, внесенным в УПК, прокурор лишился целого ряда надзорных полномочий. К ним, прежде всего, следует отнести лишение права прокурора давать согласие следователю и дознавателю на возбуждение уголовного дела . При принятии УПК РФ, на этом настаивала Генеральная прокуратура РФ, как указывает Е.Б. Мизулина .

Исключение составляет лишь дача согласия прокурором дознавателю на возбуждение уголовного дела о любом преступлении, указанном в ч. 2 и ч. 3 ст. 20 настоящего Кодекса, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ.
Мизулина Е.Б. Реформа уголовного правосудия в России: год после принятия нового УПК // Судебная реформа и становление правового государства в Российской Федерации (по материалам научно-практической конференции) / Под ред. В.С. Комаровского, М.Ю. Мизулина. М., 2003. С. 22.

Введение в УПК РФ этого полномочия было встречено неоднозначно. Одни ученые считали это нововведение необходимым , другие — выступали с критикой . А.В. Капранов отмечал, что введение законодателем такого порядка возбуждения уголовных дел не повлияло на законность и обоснованность принимаемых следователем, дознавателем, органом дознания процессуальных решений о возбуждении уголовного дела. В обоснование своей позиции он приводит статистические данные о работе следствия за последние 5 лет действия УПК РСФСР (1997 — 2001 гг.), из которых следует, что ежегодно прокурорами отменялось 0,3% постановлений следователей органов внутренних дел о возбуждении уголовных дел. По УПК РФ в 2003 — 2004 гг. прокурорами отказано в даче согласия на возбуждение уголовных дел по 0,4% вынесенных следователем постановлений о возбуждении уголовных дел (чуть более 3000). В связи с этим А.В. Капранов заключает, что «уже одно это свидетельствует об отсутствии необходимости в дополнительных полномочиях прокурора по контролю за возбуждением уголовного дела» . А.В. Капранов предлагает вернуться к «уведомительной процедуре» участия прокурора при вынесении решения о возбуждении уголовного дела, при условии что прокурор не будет лишаться права отмены незаконно вынесенного следователем или дознавателем постановления о возбуждении уголовного дела . С ним трудно не согласиться. Также поступил и законодатель, внесший 05.06.2007 в ч. 4 ст. 146 УПК РФ соответствующие изменения . Теперь копия постановления следователя, дознавателя о возбуждении уголовного дела незамедлительно направляется прокурору. В случае если прокурор признает постановление о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, он вправе в срок не позднее 24 часов с момента получения материалов отменить постановление о возбуждении уголовного дела, о чем выносит мотивированное постановление. О принятом решении следователь и дознаватель незамедлительно уведомляют заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

Соловьев А., Токарева М. К вопросу о статусе прокурора в досудебных стадиях уголовного процесса по УПК РФ // Уголовное право. 2002. N 3. С. 86; Деришев Ю. Стадия возбуждения уголовного дела — реликт «социалистической законности» // Российская юстиция. 2003. N 8. С. 36; и др.
Синельников Ю. Полномочия прокурора на досудебном производстве по новому УПК РФ // Российский судья. 2003. N 5. С. 23; Петрухин И.Л. Возбуждение уголовного дела по новому УПК РФ // Государство и право. 2005. N 1. С. 86.
Капранов А.В. Оптимизация стадии возбуждения уголовного дела: Дис. . канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005. С. 144.
Капранов А.В. Указ. соч. С. 149.
Федеральный закон от 05.06.2007 N 87-ФЗ «О внесении изменений в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. N 24. Ст. 2830.

Однако это следует признать недостаточным для обеспечения соблюдения законности в стадии возбуждения уголовного дела, поскольку, согласно новой редакции ч. 6 ст. 148 УПК РФ, право отмены постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела у прокурора отсутствует. Тем более что большинство нарушений происходит не при вынесении постановлений о возбуждении уголовных дел, а об отказе в возбуждении. Так, Генеральный прокурор в своем докладе о состоянии законности по итогам 2005 г. отметил, что прокурорами было отменено 1160188 незаконно вынесенных постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел . Однако это не помешало законодателям лишить прокурора такого права.

Доклад Генерального прокурора РФ В.В. Устинова на расширенном заседании коллегии Генеральной прокуратуры РФ. М., 2006. С. 12.

Часть 6 ст. 148 УПК РФ гласит, что, признав отказ следователя в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор выносит мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов руководителю следственного органа для решения вопроса об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Признав постановление органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор отменяет его и направляет соответствующее постановление начальнику органа дознания со своими указаниями». Таким образом, получается, что прокурор лишен права отмены незаконных постановлений следователя об отказе в возбуждении уголовного дел. В отношении дознавателя и органа дознания такое полномочие осталось неизменным.

Однако в законе есть одно серьезное противоречие. Так, если к прокурору поступает жалоба на незаконное действие (бездействие), решение органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа в порядке, предусмотренном гл. 16 УПК РФ, то он вправе по результатам рассмотрения жалобы вынести постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении. В связи с этим возникает вполне обоснованный вопрос, какое решение об удовлетворении жалобы в незаконном отказе в возбуждении уголовного дела может вынести прокурор, если он не может отменить такое незаконное постановление следователя. Получается, что никакого. Выход один — наделить прокурора полномочием по отмене постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела.

Многие ученые также выступают за возвращение этого права прокурору. Так, например, Ж.К. Конярова предлагает изложить ч. 6 ст. 148 УПК РФ в следующей редакции: «Признав отказ следователя в возбуждении уголовного дела незаконным и необоснованным, прокурор отменяет его и возбуждает уголовное дело» . Тем не менее под углом необходимости более четкого разделения процессуальных функций такое предложение нельзя считать правильным. Мы считаем, что более точно высказался В. Балакшин. По его мнению, в ч. 6 ст. 148 УПК РФ следует внести положение о том, что «признав постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным и (или) необоснованным, прокурор выносит мотивированное постановление об отмене указанного постановления следователя и направлении материалов руководителю следственного органа для организации дополнительной проверки или возбуждения уголовного дела» . В этом случае прокурор будет наделен реальными полномочиями по обеспечению законности при отказе в возбуждении уголовного дела, с одной стороны, а с другой — не будет подменять собой органы следствия, решающие вопрос о возбуждении дела.

Конярова Ж.К. Дискреционные полномочия прокурора и проблемы их реализации на досудебных стадиях уголовного процесса: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2008. С. 7.
Балакшин В. Возбуждение уголовного дела прокурором // Законность. 2008. N 8.

К числу надзорных следует отнести и полномочие прокурора проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях, предусмотренное п. 1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ. Генеральный прокурор РФ требует от подчиненных ему прокуроров систематически, не реже одного раза в месяц, проводить проверки исполнения следственными органами требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях .

Читайте так же:  Договор аренды с условием пролонгации образец

Приказ Генерального прокурора РФ от 06.09.2007 N 136 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия» // Законность. 2007. N 11.

Также следует проверять законность и обоснованность решений об отказе в возбуждении уголовного дела с изучением всех материалов проверки. При выявлении нарушений порядка приема, регистрации и разрешения сообщений о преступлениях, проведения доследственных проверок требовать их устранения и привлечения виновных лиц к ответственности, используя в полном объеме предусмотренные законом меры прокурорского реагирования. На основе анализа результатов таких проверок совершенствовать методику прокурорского надзора в данной сфере .

Аналогичные требования предъявляет Генеральный прокурор РФ подчиненным ему прокурорам в отношении органов дознания .

Приказ Генерального прокурора РФ от 06.09.2007 N 137 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания» // Законность. 2007. N 11.

По результатам выявленных нарушений прокурор в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ уполномочен выносить мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов в следственный орган или орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства.

Иных полномочий прокурора по осуществлению надзора в стадии возбуждения уголовного дела нет.

В связи с изложенным, остается констатировать, что реализация прокурором функции надзора в рассматриваемой стадии затруднена. Для действительного обеспечения прокурором законности при приеме и разрешении заявлений (сообщений) о преступлении необходимо внести в УПК соответствующие изменения, о которых шла речь в настоящей статье.

О функциях прокурора в стадии возбуждения уголовного дела

(Каменобродский С. Л.) («Общество и право», 2009, N 2) Текст документа

О ФУНКЦИЯХ ПРОКУРОРА В СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

С. Л. КАМЕНОБРОДСКИЙ

Каменобродский Сергей Лендрошевич, аспирант кафедры уголовного процесса Краснодарского университета МВД России.

Со стадии возбуждения уголовного дела начинается производство по делу. Она играет важную роль в достижении задач уголовного судопроизводства. От своевременного и правильного решения вопросов в этой стадии зависит многое, ибо здесь решается вопрос о необходимости расследования, в ходе которого изобличается и привлекается к уголовной ответственности лицо, совершившее преступление. Характеризуя назначение данной стадии, М. С. Строгович писал, что «возбуждение уголовного дела — правовое основание для всех дальнейших процессуальных действий при расследовании и разрешении уголовного дела . ——————————— Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 2. М., 1970. С. 10.

Данная стадия имеет следующие задачи: а) установить наличие или отсутствие повода и основания к возбуждению уголовного дела; б) закрепить следы преступления; в) предотвратить готовящееся, пресечь начатое, но неоконченное преступление. Прокурор является непосредственным участником данной стадии. Однако единого подхода к определению функций, выполняемых прокурором в стадии возбуждения уголовного дела, нет ни в законодательстве, ни в науке уголовного процесса. Согласно ранее действующему УПК РСФСР, назначение прокурора в этой стадии — быть гарантом соблюдения законности при возбуждении уголовного дела и отказе в его возбуждении. Это следовало из содержания ст. 25 УПК РСФСР, обязывающей прокурора во всех стадиях уголовного судопроизводства своевременно принимать меры к устранению всяких нарушений, от кого бы они ни исходили. Статья 116 УПК РСФСР конкретизировала его надзорную функцию в данной стадии. Выполнение прокурором единственной функции — надзора за исполнением законов в этой стадии уголовного процесса признавалось и многими учеными . Так, по утверждению А. Б. Ломидзе, роль прокурора на стадии возбуждения уголовного дела состоит в осуществлении надзора за деятельностью следователя и органа дознания по рассмотрению и проверке поступающих сообщений с целью выяснения наличия уголовно-правовых и уголовно-процессуальных предпосылок для возбуждения или отказа в возбуждении уголовного дела . ——————————— Жогин Н. В., Фаткуллин Ф. Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С. 195; Савицкий В. М. Указ. соч. С. 32. Ломидзе А. Б. Прокурорский надзор за законностью принимаемых следователем процессуальных решений. М., 2000. С. 61.

Однако с принятием УПК РФ изменилось процессуальное положение прокурора в уголовном процессе, в том числе и в стадии возбуждения уголовного дела. Законодатель существенно ограничил функцию надзора, распространив ее только на досудебное производство, а также возложил на прокурора новую функцию — уголовного преследования. Это следует из содержания ч. 1 ст. 37 УПК РФ, в которой говорится, что «прокурор является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной настоящим Кодексом, осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного судопроизводства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия». Понятие уголовного преследования закреплено в п. 55 ст. 5 УПК РФ, где говорится, что уголовное преследование — процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления. До принятия Законов о внесении изменений в УПК РФ от 5 июня 2007 г. N 87-ФЗ и от 6 июня 2007 г. N 90-ФЗ вопрос об осуществлении прокурором этих функций не вызывал особых споров. Характер полномочий прокурора давал все основания полагать, что прокурор выполняет в досудебном производстве и функцию надзора за соблюдением законов органами дознания и предварительного следствия и функцию уголовного преследования. Сравнивая положения ч. 1 ст. 21 и ч. 1 ст. 37 УПК РФ, М. Г. Ковалева ставила вполне обоснованный на то время вопрос, о соотношении осуществляемых прокурором функций прокурорского надзора и уголовного преследования в стадии возбуждения уголовного дела . При этом она соглашается с позицией В. С. Шадрина, утверждавшего, что функции прокурорского надзора и уголовного преследования «находятся между собой в гармоничном сочетании, дополняя или даже, в зависимости от конкретных обстоятельств их осуществления, перевоплощаясь друг в друга» . Вряд ли можно согласиться с таким мнением, поскольку оно противоречит критериям выделения уголовно-процессуальных функций, высказанным еще М. С. Строговичем, который правильно отмечал, что основные направления деятельности (функции) должны быть тесно взаимосвязаны, но не совпадать и не поглощаться друг другом . Однако изменения, внесенные в УПК, делают спор о соотношении функций уголовного преследования и надзора за исполнением законов в стадии возбуждения уголовного дела бессмысленным, поскольку полномочия прокурора существенно скорректированы. Изменения связаны с образованием Следственного комитета при прокуратуре РФ. Согласно этим изменениям, прокурор утратил полномочия по приему и разрешению заявлений (сообщений) о преступлениях, по возбуждению уголовных дел, что и было содержанием функции уголовного преследования на стадии возбуждении уголовного дела. Эти полномочия теперь всецело принадлежат дознавателю, органу дознания, следователю, руководителю следственного органа . ——————————— Ковалева М. Г. Возбуждение уголовного дела и обеспечение его законности и обоснованности: Дис. … канд. юрид. наук. СПб., 2005. С. 157. Шадрин В. С. Прокурор как представитель прокуратуры в уголовном судопроизводстве // Труды Санкт-Петербургского юридического института Генеральной прокуратуры Российской Федерации. 2004. N 6. С. 5. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1. С. 188. Федеральный закон от 05.06.2007 N 87-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. N 24. Ст. 2830.

Таким образом, функция надзора становится единственной процессуальной функцией прокурора в стадии возбуждения уголовного дела. Такого же мнения придерживается и Ю. П. Синельщиков . ——————————— Синельщиков Ю. П. О функциях прокурора на досудебных стадиях уголовного процесса // Российский следователь. 2008. N 17.

Несомненно, что надзорная деятельность прокурора в уголовном процессе есть выражение его государственной функции надзора за исполнением законов. Это следует из ст. 1 Федерального закона «О прокуратуре РФ», возлагающей на прокурора осуществление от имени Российской Федерации надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации. В части 2 ст. 1 этого Закона перечислены отрасли функции надзора за исполнением законов, среди которых есть и надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие . Также называется и гл. 3 Закона «О прокуратуре РФ». Статья 29 этой главы определяет предмет надзора. В предмет надзора применительно к стадии возбуждения уголовного дела входит следующее: надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях, а также законность решений, принимаемых органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие. В статье 30 Закона сказано, что полномочия прокурора по надзору за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие, устанавливаются уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации и другими федеральными законами. В таком случае получается, что полномочия по реализации одной из отраслей государственной функции надзора за исполнением законов устанавливаются уголовно-процессуальным законодательством, что дает нам основание считать данное направление деятельности (функцию) процессуальной, поскольку она урегулирована нормами уголовно-процессуального закона. ——————————— Федеральный закон от 17 января 1992 г. (в редакции Федерального закона от 25.12.2008) «О прокуратуре Российской Федерации».

Функция прокурора в стадии возбуждения уголовного дела обусловлена его ролью, которая состоит в осуществлении надзора за деятельностью следователя, руководителя следственного органа, органа дознания, дознавателя по регистрации, рассмотрению и проверке поступающих сообщений с целью выяснения наличия или отсутствия оснований к возбуждению или отказу в возбуждении уголовного дела. Тем не менее и эта функция претерпела значительные изменения. По правильному замечанию Г. К. Смирнова, она оказалась «в сокращенном виде» . ——————————— Смирнов Г. К. Проблемы совершенствования института участия прокурора в досудебном производстве // Российская юстиция. 2008. N 11.

Согласно изменениям, внесенным в УПК, прокурор лишился целого ряда надзорных полномочий. К ним, прежде всего, следует отнести лишение права прокурора давать согласие следователю и дознавателю на возбуждение уголовного дела . При принятии УПК РФ, на этом настаивала Генеральная прокуратура РФ, как указывает Е. Б. Мизулина . ——————————— Исключение составляет лишь дача согласия прокурором дознавателю на возбуждение уголовного дела о любом преступлении, указанном в ч. 2 и ч. 3 ст. 20 настоящего Кодекса, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя в случаях, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ. Мизулина Е. Б. Реформа уголовного правосудия в России: год после принятия нового УПК // Судебная реформа и становление правового государства в Российской Федерации (по материалам научно-практической конференции) / Под ред. В. С. Комаровского, М. Ю. Мизулина. М., 2003. С. 22.

Введение в УПК РФ этого полномочия было встречено неоднозначно. Одни ученые считали это нововведение необходимым , другие — выступали с критикой . А. В. Капранов отмечал, что введение законодателем такого порядка возбуждения уголовных дел не повлияло на законность и обоснованность принимаемых следователем, дознавателем, органом дознания процессуальных решений о возбуждении уголовного дела. В обоснование своей позиции он приводит статистические данные о работе следствия за последние 5 лет действия УПК РСФСР (1997 — 2001 гг.), из которых следует, что ежегодно прокурорами отменялось 0,3% постановлений следователей органов внутренних дел о возбуждении уголовных дел. По УПК РФ в 2003 — 2004 гг. прокурорами отказано в даче согласия на возбуждение уголовных дел по 0,4% вынесенных следователем постановлений о возбуждении уголовных дел (чуть более 3000). В связи с этим А. В. Капранов заключает, что «уже одно это свидетельствует об отсутствии необходимости в дополнительных полномочиях прокурора по контролю за возбуждением уголовного дела» . А. В. Капранов предлагает вернуться к «уведомительной процедуре» участия прокурора при вынесении решения о возбуждении уголовного дела, при условии что прокурор не будет лишаться права отмены незаконно вынесенного следователем или дознавателем постановления о возбуждении уголовного дела . С ним трудно не согласиться. Также поступил и законодатель, внесший 05.06.2007 в ч. 4 ст. 146 УПК РФ соответствующие изменения . Теперь копия постановления следователя, дознавателя о возбуждении уголовного дела незамедлительно направляется прокурору. В случае если прокурор признает постановление о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, он вправе в срок не позднее 24 часов с момента получения материалов отменить постановление о возбуждении уголовного дела, о чем выносит мотивированное постановление. О принятом решении следователь и дознаватель незамедлительно уведомляют заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело. ——————————— Соловьев А., Токарева М. К вопросу о статусе прокурора в досудебных стадиях уголовного процесса по УПК РФ // Уголовное право. 2002. N 3. С. 86; Деришев Ю. Стадия возбуждения уголовного дела — реликт «социалистической законности» // Российская юстиция. 2003. N 8. С. 36; и др. Синельников Ю. Полномочия прокурора на досудебном производстве по новому УПК РФ // Российский судья. 2003. N 5. С. 23; Петрухин И. Л. Возбуждение уголовного дела по новому УПК РФ // Государство и право. 2005. N 1. С. 86. Капранов А. В. Оптимизация стадии возбуждения уголовного дела: Дис. … канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005. С. 144. Капранов А. В. Указ. соч. С. 149. Федеральный закон от 05.06.2007 N 87-ФЗ «О внесении изменений в уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации» // СЗ РФ. 2007. N 24. Ст. 2830.

Читайте так же:  Какая доплата к минимальной пенсии в 2019 году

Однако это следует признать недостаточным для обеспечения соблюдения законности в стадии возбуждения уголовного дела, поскольку, согласно новой редакции ч. 6 ст. 148 УПК РФ, право отмены постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела у прокурора отсутствует. Тем более что большинство нарушений происходит не при вынесении постановлений о возбуждении уголовных дел, а об отказе в возбуждении. Так, Генеральный прокурор в своем докладе о состоянии законности по итогам 2005 г. отметил, что прокурорами было отменено 1160188 незаконно вынесенных постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел . Однако это не помешало законодателям лишить прокурора такого права. ——————————— Доклад Генерального прокурора РФ В. В. Устинова на расширенном заседании коллегии Генеральной прокуратуры РФ. М., 2006. С. 12.

Часть 6 ст. 148 УПК РФ гласит, что, признав отказ следователя в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор выносит мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов руководителю следственного органа для решения вопроса об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Признав постановление органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, прокурор отменяет его и направляет соответствующее постановление начальнику органа дознания со своими указаниями». Таким образом, получается, что прокурор лишен права отмены незаконных постановлений следователя об отказе в возбуждении уголовного дел. В отношении дознавателя и органа дознания такое полномочие осталось неизменным. Однако в законе есть одно серьезное противоречие. Так, если к прокурору поступает жалоба на незаконное действие (бездействие), решение органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа в порядке, предусмотренном гл. 16 УПК РФ, то он вправе по результатам рассмотрения жалобы вынести постановление о полном или частичном удовлетворении жалобы либо об отказе в ее удовлетворении. В связи с этим возникает вполне обоснованный вопрос, какое решение об удовлетворении жалобы в незаконном отказе в возбуждении уголовного дела может вынести прокурор, если он не может отменить такое незаконное постановление следователя. Получается, что никакого. Выход один — наделить прокурора полномочием по отмене постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела. Многие ученые также выступают за возвращение этого права прокурору. Так, например, Ж. К. Конярова предлагает изложить ч. 6 ст. 148 УПК РФ в следующей редакции: «Признав отказ следователя в возбуждении уголовного дела незаконным и необоснованным, прокурор отменяет его и возбуждает уголовное дело» . Тем не менее под углом необходимости более четкого разделения процессуальных функций такое предложение нельзя считать правильным. Мы считаем, что более точно высказался В. Балакшин. По его мнению, в ч. 6 ст. 148 УПК РФ следует внести положение о том, что «признав постановление следователя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным и (или) необоснованным, прокурор выносит мотивированное постановление об отмене указанного постановления следователя и направлении материалов руководителю следственного органа для организации дополнительной проверки или возбуждения уголовного дела» . В этом случае прокурор будет наделен реальными полномочиями по обеспечению законности при отказе в возбуждении уголовного дела, с одной стороны, а с другой — не будет подменять собой органы следствия, решающие вопрос о возбуждении дела. ——————————— Конярова Ж. К. Дискреционные полномочия прокурора и проблемы их реализации на досудебных стадиях уголовного процесса: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2008. С. 7. Балакшин В. Возбуждение уголовного дела прокурором // Законность. 2008. N 8.

К числу надзорных следует отнести и полномочие прокурора проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях, предусмотренное п. 1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ. Генеральный прокурор РФ требует от подчиненных ему прокуроров систематически, не реже одного раза в месяц, проводить проверки исполнения следственными органами требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях . ——————————— Приказ Генерального прокурора РФ от 06.09.2007 N 136 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия» // Законность. 2007. N 11.

Также следует проверять законность и обоснованность решений об отказе в возбуждении уголовного дела с изучением всех материалов проверки. При выявлении нарушений порядка приема, регистрации и разрешения сообщений о преступлениях, проведения доследственных проверок требовать их устранения и привлечения виновных лиц к ответственности, используя в полном объеме предусмотренные законом меры прокурорского реагирования. На основе анализа результатов таких проверок совершенствовать методику прокурорского надзора в данной сфере . ——————————— Там же.

Аналогичные требования предъявляет Генеральный прокурор РФ подчиненным ему прокурорам в отношении органов дознания . ——————————— Приказ Генерального прокурора РФ от 06.09.2007 N 137 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания» // Законность. 2007. N 11.

По результатам выявленных нарушений прокурор в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ уполномочен выносить мотивированное постановление о направлении соответствующих материалов в следственный орган или орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства. Иных полномочий прокурора по осуществлению надзора в стадии возбуждения уголовного дела нет. В связи с изложенным, остается констатировать, что реализация прокурором функции надзора в рассматриваемой стадии затруднена. Для действительного обеспечения прокурором законности при приеме и разрешении заявлений (сообщений) о преступлении необходимо внести в УПК соответствующие изменения, о которых шла речь в настоящей статье.

Название документа Вопрос: Субъект Российской Федерации сдал в аренду принадлежащий ему на праве собственности земельный участок на 49 лет. Арендатор построил на арендованном участке здание и заложил по договору об ипотеке указанное здание вместе с правами по договору аренды земельного участка, уведомив об этом факте арендодателя, но не получив его согласия. Является ли отсутствие согласия арендодателя на заключение договора об ипотеке основанием для применения последствий недействительности указанного договора? («Право и экономика», 2009, N 5) Текст документа

Вопрос: Субъект Российской Федерации сдал в аренду принадлежащий ему на праве собственности земельный участок на 49 лет. Договором аренды не предусмотрено обязательное получение арендатором предварительного согласия арендодателя на ипотеку права аренды. Арендатор построил на арендованном участке здание и заложил по договору об ипотеке указанное здание вместе с правами по договору аренды земельного участка, уведомив об этом факте арендодателя, но не получив его согласия. Является ли отсутствие согласия арендодателя на заключение договора об ипотеке основанием для применения последствий недействительности указанного договора?

Ответ: В соответствии с п. 3 ст. 340 ГК РФ и абз. 2 ст. 69 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее — Закон N 102-ФЗ) ипотека здания или сооружения допускается только с одновременной ипотекой по тому же договору земельного участка, на котором находится это здание или сооружение, либо принадлежащего залогодателю права аренды этого участка. Согласно п. 1 ст. 62 Закона N 102-ФЗ по договору об ипотеке могут быть заложены земельные участки постольку, поскольку соответствующие земли на основании Федерального закона не исключены из оборота или не ограничены в обороте. Пунктом 1.1 ст. 62 Закона N 102-ФЗ установлено, что при аренде земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на срок более чем пять лет залог права аренды допускается без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления. Согласно п. 2 ст. 607 ГК РФ законом могут быть установлены особенности сдачи в аренду земельных участков и других обособленных природных объектов. Пунктом 9 ст. 22 ЗК РФ установлено, что при аренде земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на срок более чем пять лет арендатор земельного участка имеет право, если иное не установлено федеральными законами, в пределах срока договора аренды земельного участка передавать свои права и обязанности по этому договору третьему лицу, в том числе права и обязанности, указанные в п. 5 и п. 6 ст. 22 ЗК РФ, без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления. Согласно п. 5 ст. 22 ЗК РФ арендатор земельного участка, за исключением резидентов особых экономических зон — арендаторов земельных участков, вправе передать свои права и обязанности по договору аренды земельного участка третьему лицу, в том числе отдать арендные права земельного участка в залог и внести их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в производственный кооператив в пределах срока договора аренды земельного участка без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления, если договором аренды земельного участка не предусмотрено иное. В указанных случаях ответственным по договору аренды земельного участка перед арендодателем становится новый арендатор земельного участка, за исключением передачи арендных прав в залог. При этом заключение нового договора аренды земельного участка не требуется. Таким образом, условие об обязательном получении арендатором предварительного согласия арендодателя на ипотеку права аренды является недействительным, и, следовательно, отсутствие предварительного согласия арендодателя на заключение договора об ипотеке основанием для применения последствий недействительности договора об ипотеке не является. Президиум ВАС РФ в информационном письме от 28 января 2005 г. N 90 указал, что в соответствии с п. 9 ст. 22 ЗК РФ собственник здания, расположенного на земельном участке из состава государственных и муниципальных земель, арендуемом им на срок более пяти лет, закладывая одновременно по одному договору об ипотеке здание и права по договору аренды этого участка, вправе заложить эти права без согласия арендодателя с его уведомления. Пленум ВАС РФ в Постановлении от 24 марта 2005 г. N 11 указал, что для передачи арендатором своих прав и обязанностей по договору аренды земельного участка достаточно уведомления об этом собственника земельного участка. Судебная практика подтверждает указанную позицию. ФАС Московского округа в Постановлении от 3 июня 2004 г. N КА-А41/4234-04 указал, что арендатор земельного участка вправе передать свои права и обязанности по договору аренды земельного участка третьему лицу, в том числе отдать арендные права земельного участка в залог. При указанных обстоятельствах отсутствие согласия арендодателя на заключение договора об ипотеке не является основанием для применения последствий недействительности договора об ипотеке.

Ю. М.Лермонтов Консультант Минфина России, специалист по бухгалтерскому учету и налогообложению

Роль прокурора в возбуждении уголовного дела