Нужна ли частная собственность

Частная собственность

Частная собственность предполагает присвоение благ (факторов и результатов производства) частью общества (отдельным лицом или группой лиц) и отчуждение от них другой части общества. Характеризуя частную собственность, следует прежде всего обратить внимание на то, что она может реализовываться как на основе труда самого собственника, так и на основе наемного труда.

Частная собственность имеет свои плюсы и минусы. С одной стороны, частная собственность стимулирует экономическую активность и предприимчивость, эффективное, рациональное ведение хозяйства, без нее невозможно товарное производство, товарный обмен, рынок; с другой стороны, она порождает неравенство, приводит к расслоению общества, может пробуждать стремление к личной выгоде в ущерб интересам других членов общества. Однако в рыночной экономике преимущества частной собственности обычно превалируют над ее недостатками, которые в современных условиях смягчаются обществом, государством.

Римская юриспруденция ведет свое начало от практической деятельности
юристов республиканского периода. Развивавшаяся экономика и .
bibliotekar.ru/rimskoe-pravo-2/25.htm

Раздел: Экономика . Это обусловливало широкое развитие деятельности
юристов. . их к старым понятиям и подкрепляли ссылкой на авторитет
старых юристов: в этом сказывался присущий римским юристам
bibliotekar.ru/rimskoe-pravo-2/27.htm

Литературные произведения старых юристов. В соответствии с
практическим характером деятельности старых республиканских юристов их .
bibliotekar.ru/rimskoe-pravo-2/26.htm

Раздел: Экономика . Правопреобразующая деятельность юристов
обеспечивала взаимосвязь различных источников римского . Правда,
положения юристов классического периода сохраняли свой авторитет и в

Раздел: Экономика. 306. Единый тип совокупного обязательства у юристов-классиков
. Юрист Помпоний, написавший краткую историю римского . .
bibliotekar.ru/rimskoe-pravo-2-2/14.htm

Раздел: Экономика . 10. Юриспруденция. 24. Деятельность старых
республиканских юристов · 25. Литературные произведения старых юристов
www.bibliotekar.ru/rimskoe-pravo-2/

Раздел: Экономика. (I.4.5) Деятельность юристов . В целом
сформировалось несколько видов правотворческой деятельности юристов.
bibliotekar.ru/rimskoe-pravo-1/14.htm

Старые законы республиканской эпохи, магистратское право (воплощенное
прежде всего в преторском эдикте), истолкования юристов-классиков, ..

Нужна ли частная собственность

В российской конституции записано: “Граждане и их объединения вправе иметь в частной собственности землю” (ст. 36.1) Но большинство граждан осуществить это право не могут, потому что нет нужного законодательства. Коммунисты в думе блокируют его уже пять лет. Единственный теперь выход – решать этот вопрос на местах, на уровне областей. Этим путем пошел губернатор Саратовской области Аяцков, который, помня заветы Столыпина, некогда управлявшего Саратовской губернией, у себя такое законодательство ввел. На местах, должным образом организовавшись, куда легче повлиять на своего губернатора и на свое законодательное собрание, чем на коммунистов в Думе. Но, чтобы действовать на местах, надо знать, почему так важна частная собственность на землю.

Сначала оговоримся, о какой земле идет речь. Приватизировать надо земли, которые используются для личных нужд граждан или для коммерческого дохода. Речь, естественно, не идет о землях общего пользования, таких, как парки, школьные площадки, дороги, крупные лесные массивы, земли экологически ценные или, наоборот, пустынные.

Вспомним аргументы, которые приводил И.А. Ильин, философ, которого теперь и коммунисты иногда не прочь цитировать. Частная собственность, писал он, дает владельцу “чувство уверенности, доверия к людям, к вещам и к земле, желание вложить в хозяйственный процесс свой труд и свои ценности. Частная собственность научает человека творчески любить труд и землю, свой очаг и родину. Она выражает и закрепляет оседлость, без которой невозможна культура. Она единит семью, вовлекая ее в собственность. Частная собственность пробуждает и воспитывает в человеке правосознание, научая его строго различать «мое» и «твое», приучая его к правовой взаимности и уважению чужих полномочий”(“Путь духовного обновления”, 1962).

Ни одно производство не может обойтись без хотя бы малого клочка земли, на котором стоит помещение, в котором человек живет и работает. Потому, говоря экономическим языком, земля – это фактор производства, такой же как труд, капитал, энергия, информация. В некоторой мере, эти факторы взаимно заменимы. Если, допустим, труд дешев, а капитал дорог, то предприниматель предпочтет нанять больше работников, а не покупать дорогое оборудование. Если земля дорога, он посмотрит, не переместить ли свое предприятие туда, где она дешевле. Искусство правильной организации производства требует так скомбинировать эти факторы, чтобы сумма затрат на них была как можно ниже. Тогда и предприниматель, и общество в целом получают наибольшую прибыль.

Но для того, чтобы самым экономичным образом скомбинировать факторы производства, надо знать их реальную цену. Реальная цена складывается на рынке, где множество покупателей и продавцов уравновешивают спрос и предложение. Если же на землю нет рынка, то неизвестно, сколько она на самом деле стоит. А если цена на такой существенный фактор производства, как земля, неизвестна или произвольна, то не может быть и эффективного производства.

Отсюда вывод: частная собственность на землю необходима для того, чтобы земля покупалась и продавалась, чтобы был рынок на землю, без которого нельзя знать реальных цен на землю. А реальные цены надо знать, чтобы эффективно организовать производство.

Можно подойти к вопросу и с другой стороны, от отдельного участка земли. Кто должен им владеть? Тот, кто способен с него получить наиболее высокий доход и потому готов заплатить за него самую высокую цену. Заметим, платит он самую высокую цену не потому, что он самый богатый (деньги в нормальных условиях берутся в банке под залог той же земли), а потому, что он способен наладить на этом участке самое доходное дело. Итак, частная собственность на землю необходима и для того, чтобы разумно размещать в пространстве пользователей земли.

А почему не аренда?

Сторонники “рыночного социализма” могут согласиться: действительно, верные цены нужны. Но зачем же все-таки частная собственность? Почему бы городу не сдавать землю в аренду?

Во-первых, потому, что будучи монопольным владельцем, государство (область, город) лишено возможности знать рыночную цену каждого участка. Любая цена, которую оно назначит, будет произвольной. Единственный способ узнать реальную цену – это аукцион. Но на аукцион можно выставлять по очереди ограниченное число участков. Нельзя выставить на аукцион все участки – не найдется достаточного числа конкурентов за каждый из них. Но когда земля становится частной собственностью, то быстро находится достаточное число пар “продавец-покупатель”, договаривающихся между собой о цене. Это показала приватизация квартир, быстро определившая рыночные цены на жилье.

Во-вторых, в условиях меняющихся цен, определить уровень арендной платы на многие годы вперед – затруднительно. А если ограничиться кратковременной арендой, то арендатор теряет уверенность в будущем и желание вкладывать в участок свой капитал. Даже владение квартирой, земля под которой неизвестно чья, дело, юридически, весьма ненадежное. Между тем, при частной собственности на землю, есть отработанный способ реакции на меняющиеся цены: периодическая переоценка земли профессиональными оценщиками (решения которых владелец может оспаривать). От переоценки зависит уровень налогов, которые с земли получает правительство. В итоге оно обладает более надежным источником дохода, чем арендная плата.

В-третьих, заключение арендного договора с каждым пользователем земли, если такой договор создает условия, равноценные частной собственности, дело административно трудоемкое, требующее квалифицированных кадров, которых нет. На деле землеотвод становится предметом взяток и частного обогащения за счет общества. Простое право собственности на землю с общеобязательными ставками налога в зависимости от цены надежнее и для владельца, и для государства. Оно меньше оставляет места коррупции.

Важность земельного налога

Против всех приведенных доводов можно порой услышать и такой: уж земли то в России хоть отбавляй. Раз ее так много, значит, она дешева, и зачем вообще волноваться о цене? Если земля и используется расточительно, какая разница? На самом деле экономически ценной земли вовсе не так много. Ведь пшеницу выращивают на Кубани, а не в тундре, и 75% населения страны живет не на одной седьмой суши, а на очень небольшой площади городов. Значит, есть огромные перепады в цене, и ценные земли надо разумно использовать. Принято считать, что земля составляет примерно одну пятую национального богатства страны. И совершенно нетерпимо, когда такая значительная часть национального богатства не введена в хозяйственный оборот. Частная собственность и рыночные цены на землю создают возможность ипотечного кредита, то есть кредита под залог земли. Это открывает огромные возможности мобилизации капитала, которого так не хватает.

Открывает это и обильный, причем экономически безвредный, источник налоговых поступлений в условиях, когда все уровни правительства изнывают от недостатка средств и вопрос собираемости налогов один из самых острых в стране. Налог же на реальную рыночную стоимость земли имеет ряд преимуществ перед всеми остальными.

Дело в том, что почти любой налог, искажая структуру рыночных цен, приносит экономический вред. Налог на прибыль (то есть, на капитал), делает вложение капитала менее привлекательным. Налог на здания делает ремонт и постройку зданий менее привлекательными. Налог на торговлю сокращает объем торговли. Налог на труд сокращает желание трудиться. Каждый из этих налогов вызывает желание уйти от него туда, где налоги ниже, и держать деньги на каких-нибудь островах. Кроме того, он вызывает желание переложить налоговое бремя на кого-то другого: продавец – на покупателя, предприниматель – на работника. Наконец, каждый из этих налогов вызывает желание утаить доход, что, обыкновенно, не так уж трудно. Единственное исключение из всех этих правил представляет собой налог на землю. Участок земли увезти с собой невозможно. Перекладывать бремя земельного налога не на кого, кроме тех, кто участком фактически пользуются. И участок у всех на виду – его не утаишь (хотя в древней Руси и прятали участки в лесах). Итак, налог на землю самый собираемый налог, и к тому же налог, который не искажает соотношения цен (его бремя не перекладывается). И чем выше налог на землю, тем более интенсивно владелец будет стараться ее использовать. Вопреки демагогии, что рынок на землю вызовет “спекуляцию”, земельный налог спекуляцию как раз подавляет. Он заставляет землю использовать, а не держать пустой ради будущей перепродажи.

Кроме того, можно убедительно аргументировать, что налог на землю – и самый справедливый налог. Дело в том, что цена любого участка земли, а потому и земельная рента, из которой этот налог вычитается, зависят главным образом от доступности данного участка. Доступность же создается не владельцем, а обществом в целом: территориальным распределением населения и инженерными и транспортными коммуникациями. Отбирая земельную ренту, общество как бы лишь возвращает себе свое. На этом основании американский экономист Генри Джордж в конце XIX в. считал желательным, чтобы земельный налог вообще был единственным налогом. Увы, потребности нынешнего государства таковы, что одной земельной ренты не хватит на их оплату.

Тем не менее, для народного хозяйства было бы выгодно, увеличивать налог на землю за счет понижения всех остальных налогов. Есть лишь одно условие: земля должна иметь рыночную цену. То есть, нужна частная собственность на землю.

Пусть не взыщет читатель, если эти страницы звучат как элементарный урок экономики. Вся беда в том, что наши законодатели этот урок никогда не проходили!

Источник: За Россию. № 9 (341). Март — апрель 1998. С. 3–4.

О частной собственности на землю

МИХАИЛ ГОЛУБЕВ
кандидат экономических наук
(Россия)

• Насаждение частной собственности все больше осознается как принципиально несостоятельный путь реформирования народного хозяйства
• Сам факт обладания объектами собственности, с каких бы позиций мы его ни рассматривали, не несет непосредственных мотивов
к эффективному труду
• Большинство из нас пребывает в состоянии неведения относительно смысла и действительных целей свободной купли-продажи земли
• Ни рыночной, ни какой другой стимулирующей функции
и соответственно подъема производства частная собственность
на землю не несет

В начале 1992 г. немало наших соотечественников было убеждено в перспективности новых подходов к организации жизни и надеялось на быстрый социально-экономический прогресс. Поверили, например, что частная собственность служит основой рыночного механизма регулирования и создает мощные стимулы для роста эффективного производства. Однако мероприятия в ходе реформы вызвали множество непредвиденных, нередко разорительных и трагичных последствий, прежде всего в области приватизации. Тем не менее, исполнительные структуры власти России настаивают на продолжении преобразований в начатом русле и, в первую очередь, на превращении земли в объект купли-продажи как способе завершения основных этапов рыночного реформирования.

Но приватизация сельскохозяйственных земель столкнулась с рядом препятствий. В частности, ее пока невозможно осуществить по техническим причинам. Она требует разнообразного комплекса подготовительных мер (разработки земельного кадастра, создания службы регистрации собственников, обучения кадров соответствующего профиля, формирования системы ограничений в условиях землепользования, правовой проработки деталей приватизации, методики определения цены земельных участков и т.д.), о которых своевременно не подумали. Но главное — насаждение частной собственности все больше осознается как принципиально несостоятельный путь реформирования народного хозяйства. При этом многие понимают, что приватизация земли еще и социально опасна. Все это вызывает упорное сопротивление намечаемым правительством мероприятиям со стороны политической оппозиции.

Ожесточенные споры относительно целесообразности превращения земли в частную собственность периодически обостряются. Особенно они разгорелись в конце 1997 г., когда Госдума высказала несогласие на приватизацию земель сельскохозяйственного назначения. К сожалению, депутаты не находят достаточно убедительных, кроме общих плачевных результатов уже проведенных преобразований, фактов для обоснования ненужности этих мер. Реформаторы, в свою очередь, обвиняют их в остановке реформ и все упорнее добиваются перемен в сельском хозяйстве на основе приватизации земель. Вопрос о земле был вынесен на четырехстороннюю комиссию при Президенте. Но договориться не смогли и там.

Давайте немного поразмышляем о земельной реформе, тем более что главные аргументы в дискуссии пока не прозвучали. Взвесим еще раз доводы за и против, опираясь на ряд важных и не упоминавшихся ранее положений теории отношений собственности.

Приватизация: цели
и некоторые результаты

Глубинным смыслом экономической реформы были устранение тормозов на пути развития производительных сил общества, созданных планово-распорядительной экономикой, и переход к управлению на основе рыночных регуляторов. Достигнута ли эта цель? Итоги реформы, дают, безусловно, отрицательный ответ: производительные силы общества сократились более чем вдвое.

Читайте так же:  3 группа инвалидности бессрочная размер пенсии

Полагая, что частная собственность — база рыночной экономики и самый эффективный стимулятор производства, правительство без тени сомнения приступило к созданию широкого класса новых собственников, быстрому разделу и перераспределению госсобственности. В результате проведенной приватизации получили что и хотели, но с точностью до наоборот: сформировали класс “новых русских”, присвоивших огромные средства и тратящих их куда угодно, но только не на производственные нужды.

С другой стороны, с достаточной очевидностью обнаружилось, что изменение формы собственности не сказывается на результатах деятельности. Практически никто из новых собственников не помышляет всерьез о развитии производства. Не видно обещанного рационального отношения к приватизированному имуществу, повышения эффективности его использования. Новые “предприниматели” еще меньше заботятся об интересах потребителей своей продукции, чем это было раньше. Нет желанной конкуренции, не улучшается качество продукции, теми же темпами, что и в госсекторе стареют фонды и падают объемы производства, не наблюдается инвестиционной активности, не заметно структурных сдвигов в благоприятном направлении.

Догмой оказалось главное положение “реформаторов”, согласно которому основой эффективной рыночной экономики является частная собственность. Экономика получилась крайне расточительной и вовсе не рыночной. Если, конечно, под рыночной экономикой понимать, как это общепринято, такое хозяйство, где производственная сфера настраивается на возможно более полное удовлетворение потребностей общества, выявляемых в соотношении спроса и предложения.

Тип собственности и стимулы к труду

Отношение работника к труду определяется исключительно механизмом оплаты труда, даже если он и является владельцем некоторого количества акций предприятия. Предположение о том, что владение собственностью стимулирует труд работника, не соответствует действительности. Сам факт обладания объектами собственности, с каких бы позиций мы его ни рассматривали, не несет непосредственных мотиваций к эффективному труду.

Только грамотно построенная собственником прямая связь доходов участников производственного процесса с конечными результатами деятельности является стимулом к труду в строгом смысле этого понятия. Думается, что именно отсутствие продуманного механизма заинтересованности в высоких конечных результатах было главным недостатком существовавшей в СССР системы хозяйствования.

Собственность как стимул все же существует, но не в механизмах стимулирования труда, а в сфере инвестиционной деятельности. Она заставляет владельца искать и вкладывать свободную часть своих средств в области экономики с повышенной нормой прибыли на капитал. При этом объемы и направления вложений (например, в собственное производство, в ГКО, за границу) будут определяться массой обстоятельств, и совсем не обязательно окажутся в нужном для общества направлении. Чтобы эти средства служили прогрессу собственной страны, само государство должно позаботиться о создании выгодных условий для внутренних вложений в материальное производство. Сделано же нечто противоположное.

Специфика отношений
собственности на землю

Особенностью земельных отношений является то, что экономический результат здесь состоит из двух частей – предпринимательского дохода и ренты. Основное назначение последней – выравнивание условий хозяйствования на землях различного качества. Оно осуществляется путем присвоения рентного дохода собственником земельного участка. Эта специфическая функция собственника земли и выпала полностью из внимания реформаторов и их политических оппонентов.

Поскольку рентный доход не является заслугой владельца земли, вектор прогрессивного развития общественных отношений в данной сфере направлен на то, чтобы собственником факторов производства, несущих дифференциальный эффект (т.е. земельную ренту), было общество в целом, а непосредственным организатором рентных отношений стали исполнительные органы государства. Это исключает неоправданный паразитизм и обеспечивает вовлечение в хозяйственное развитие дополнительных инвестиционных источников (разнообразных видов ренты), а также более эффективный общественный контроль за бережным отношением к территориальным и природным ресурсам.

В наше время частная собственность на землю повсеместно становится анахронизмом. В развитых странах в чистом виде ее давно нет. Она признана только в юридическом смысле. В экономических же отношениях ее использование оговаривается множеством нормативно-правовых ограничений, введенных государством, которые фактически делают землю объектом общественной собственности. Превращение земли в России на настоящем этапе в частную собственность также не имеет смысла, ведь при формировании условий рационального землепользования все равно придется организовывать рентные отношения и вводить разного рода ограничения, делающие землю объектом общенародной собственности (в полном соответствии с мировой тенденцией развития земельных отношений).

Рентные отношения — важная часть механизма стимулирования в сельском хозяйстве. Когда они правильно организованы, то обеспечивают равные условия хозяйствования (т.е. ту самую добросовестную конкуренцию, о которой мечтают “реформаторы”) и заставляют всех нерадивых предпринимателей освобождать земельные участки, поскольку лишают их возможности возмещать убытки за счет незаслуженно присваиваемого дифференциального дохода.

Основной аргумент сторонников приватизации земли

“Реформаторы” уверяют, что частная собственность на землю нужна для того, чтобы создаваемые земельные банки давали кредиты для развития фермерства под залог земли. Без залога земли, якобы, невозможно привлечение инвестиций и возрождение сельского хозяйства. Рассмотрим, насколько этот аргумент заслуживает доверия.

С точки зрения производителя кредитные отношения имеют смысл лишь тогда, когда доходы от реализации продукции (в нашем случае — сельскохозяйственной) будут достаточными для покрытия издержек производства, возврата кредита и выплаты процентов по нему, а также получения некоторой прибыли. Это — необходимое и предварительное условие нормальных заемных отношений. В противном случае производителю угрожает долговая ловушка. Но данное условие у нас отсутствует и нет никаких надежд, что оно появится в ближайшем будущем. Этим отчасти объясняется тот факт, что сегодня 3/4 всех предприятий на селе убыточны, а остальные находятся в неустойчивом экономическом положении.

Правительство РФ делает вид, будто все зависит только от производителя. На самом деле существуют внешние по отношению к крестьянству причины, обусловленные применением государством методов “рыночного реформирования” и не дающие ему нормально работать. Назовем лишь два просчета, которые сделали невозможным естественный процесс воспроизводства в сельском хозяйстве (как, впрочем, и в промышленности).

Между производителями продукции и ее потребителями возникли разнообразные посредники (от оптовых покупателей и первичных переработчиков продукции сельского хозяйства до рыночных перекупщиков и уличных спекулянтов). Проходя через многочисленные посреднические структуры, цены на сельхозпродукты увеличиваются в 3-4 раза.

Необузданное стяжательство посредников поставило производителя в бедственное положение. Он лишился возможности возмещать издержки производства, поэтому вынужден сокращать его объемы. Хозяйство натурализируется и нищает. Государство вынуждено в той или иной форме поддерживать сельское хозяйство, чтобы не погубить его вовсе и не уморить голодом население. Правда, необходимо заметить, что в не меньших размерах средства из деревни выкачиваются с помощью ценовых ножниц (закупочных и розничных цен, цен на сельскохозяйственную и промышленную продукцию).

Но особенно сильный удар по сельскому хозяйству нанесли политика внешнеэкономической открытости, стремление довести внутренние цены в стране до уровня мировых. Это вызвало искажение ценовых пропорций до такой степени, что в производстве сельскохозяйственной продукции стало невыгодно использовать машины, удобрения, корма. Парадокс, но применение средств интенсификации производства ведет к росту затрат намного большему, чем прирост продукции. К тому же высокие внутренние цены делают невозможным успешную конкуренцию отечественной продукции с зарубежной. Другими словами, сельское хозяйство оказалось в ловушке “рыночного либерализма” и открытости экономики.

Вот где действительные причины подавления сельскохозяйственного производства в стране. Если к этому добавить исторически сложившуюся отсталость данного сектора, неэффективность механизмов стимулирования, относительно суровые климатические условия на большей части территории страны, внешнеэкономическую экспансию и отсутствие таможенной политики, защищающей своего производителя, то станет очевидно, что развитие сельского хозяйства невозможно не в силу отсутствия права свободной продажи земли или ограничений в ипотечном кредитовании, а по совсем другим соображениям, где кредитные мотивы оказываются на последнем плане.

Кому нужна и что даст частная собственность на землю?

Большинство из нас пребывает в состоянии неведения относительно смысла и действительных целей свободной купли-продажи земли. Нам постоянно твердят, что свободный оборот земли, приведет, в конце концов, к тому, что земля обретет эффективного хозяина. Однако, как видно из вышесказанного, ни рыночной, ни какой другой стимулирующей функции и соответственно подъема производства частная собственность на землю не несет. Если в промышленности приватизация ничего нужного для экономики не дала, нет никаких оснований полагать, что иные результаты она даст в сельском хозяйстве.

Кому в таком случае все это выгодно?

Сегодня продолжает эффективно работать механизм по перекачке народных средств в карманы сомнительных предпринимателей (посредническая деятельность, спекуляция, теневые и криминальные структуры). Несмотря на резкое падение производства и обнищание масс миллионеры появляются как грибы после дождя. Вот их-то толстые кошельки требуют овеществления и готовы выплеснуть миллиарды в качестве спроса на тот товар, который может нести функцию надежного накопителя общественного богатства. Но им становится некуда вкладывать свои миллиарды, так как городская сфера производства уже поделена, а вывоз капитала за пределы страны имеет ограничения. Земля же очень подходит для этой цели: по мере будущей нормализации положения в сельском хозяйстве она будет только возрастать в цене. Но чтобы получить возможность овеществлять капиталы в земле, ее сначала нужно раздать, а затем позволить продавать. Для удовлетворения потребности в накопительстве и развернута компания по превращению земли в частную собственность с правом купли-продажи.

Знание особенностей земельных отношений и уже имеющийся опыт приватизации позволяют с высокой степенью вероятности прогнозировать социально-экономические последствия превращения земли в объект купли-продажи в наших условиях.

1. Первичная приватизация в процессе земельного передела обязательно вызовет социальную напряженность. В настоящее время у нас нет системы оценок, основанных на дифференциальных характеристиках земельных участков, без которой землю невозможно разделить по принципу справедливости. Это неизбежно породит массу злоупотреблений (их уже было более чем достаточно при наделении земельными участками фермеров). А значит, возникнут многочисленные конфликты между появившимися новыми собственниками, между ними и работниками колхозов и совхозов, не желающими стать индивидуалами.

Нетрудно спрогнозировать, что передел земли окажется достаточно кровавой страницей в рыночных реформах. Мы неизбежно столкнемся с массовыми поджогами, потравами, бандитскими разборками. Нечто подобное уже было в городах на почве приватизации предприятий.

Навязывание частной собственности на землю, кроме того, создает искусственные противоречия между городским и сельским населением. Земля является общей собственностью всех граждан страны. Значит, и горожане должны иметь право на земельную собственность. Как они могут реализовать это право? Вопрос открыт и в рамках рыночной реформы не имеет решения.

2. Сегодня сознательно или по недомыслию, но создан механизм разорения предприятий на селе. Нынешние экономические условия способствуют быстрому развалу как крупных специализированных предприятий, так и мелких, не оснащенных техникой хозяйств. Фермеры, получившие несколько десятков га земли и не имеющие возможности по вышеприведенным соображениям вести товарное хозяйство, окажутся в ситуации, когда им выгодно распродать излишки земли, оставив себе минимально необходимую часть участка для ведения натурального хозяйства.

3. Как только будет разрешена свободная торговля землей, последняя тут же станет явно не по карману среднему гражданину. В результате в наших условиях “право иметь землю в частной собственности” будет означать для подавляющего большинства россиян абсолютную невозможность ее приобрести. И если сейчас у каждой семьи есть возможность получить приусадебный участок, то после принятия такого права ее не будет

4. Одним из крайне выгодных способов перераспределения земли в пользу толстосумов служит разработанный механизм залогового кредитования. Можно не сомневаться, что залоговые кредиты будут выдаваться, возможно даже беспроцентные. Вот только не на развитие сельского хозяйства. Тогда на что же? И откуда появится такая готовность?

Все объясняется достаточно просто. Оценка земли при нынешних кредитных ставках и при фактическом отсутствии рентных характеристик хотя и будет недоступна для большинства, но окажется многократно заниженной по сравнению с действительной ее стоимостью. И такой кредит будут давать, как правило, в расчете на присвоение земельного участка, предварительно убедившись, что должник не сможет вернуть долг. Ведь такие сделки более выгодны, чем просто купля-продажа. При этом банк может позволить себе иметь специалиста, который всегда может с почти стопроцентной вероятностью прогнозировать условия залога, при которых возможность возврата долга будет минимальной и потребуется его компенсация земельным участком.

Таким образом, свобода продажи земли через механизм залогового кредитования представляет собой слегка замаскированное средство лишить подавляющее большинство селян права собственности на землю. Как следствие появятся беженцы и вынужденные переселенцы, но уже на новой экономической основе.

Есть и другой выгодный для банкиров вариант. Кредиты будут давать с целью присвоения банками дифференциальной ренты и предпринимательской прибыли производителя (там, где благоприятные природные условия все же позволяют выгодно производить продукцию).

5. У новых собственников появятся дополнительные возможности извлечения доходов. Среди них спекуляция на земельной собственности, использование земли в качестве самовозрастающего капитала (цена земли будет возрастать по мере нормализации положения в экономике); использование наемного труда для получения прибавочной стоимости и извлечения рентного дохода при передаче ее в обработку другим лицам.

Конечно же, приобретатели земель немедленно догадаются сдавать их в аренду там, где это выгодно, как это уже делают многие колхозы и совхозы. Фактически передача земли в собственность есть подарок земельной ренты новым собственникам.

Само по себе возникновение арендных отношений носит естественный характер. Но предоставление такой широкомасштабной возможности для новых собственников использовать механизм арендного землепользования для извлечения рентных доходов одновременно лишает этих доходов народное хозяйство. Стоит ли таким разорительным для государства способом приходить к рентным отношениям?

Тем не менее, наши «реформаторы» продолжают утверждать вопреки фактам и теории, что причина хронического отставания аграрного сектора экономики в государственной форме собственности на землю и ничего изменить нельзя, пока земля не станет частной собственностью. Однако, как было показано выше, распространение “рыночных свобод” на такой объект как земля втягивает массу мелких землевладельцев в такую систему отношений, на выходе из которой они оказываются привязанными к земле в качестве батраков, а не собственников. “Народная приватизация” в промышленности уже показала, как это происходит. В деревне она даст еще более ужасающие последствия, потому что не учитываются специфические особенности земли как объекта отношений собственности.

Читайте так же:  Как получить лицензия общеобразовательная школа

Таким образом, превращение земли в частную собственность служит лишь задаче расслоения общества на богатых и нищих с дальнейшим выключением ее из хозяйственного оборота и без перспектив на прогресс в данной сфере. Все аргументы за частную собственность как фактор рационального хозяйствования — словесная шелуха, предназначенная для прикрытия интересов тех, кто уже сейчас готов вложить в землю накопленные капиталы.

Альтернатива приватизации – механизм арендного землепользования

Между тем, программным разработкам Правительства РФ в области сельского хозяйства есть достойная альтернатива. Специалистам известен экономический механизм рационального землепользования, основанный на современных представлениях об отношениях собственности на землю. В нем вообще нет купли-продажи, хотя предусматривается оборот на основе развитой системы рентных отношений. Вот некоторые его характеристики.

Самую высокую отдачу, как показывает практика, дают приусадебные участки. Наделение всех желающих семей участками приусадебного типа и достаточного (оптимального) размера — важная сторона идеи рационального землепользования. Предлагаемый механизм создает условия для полного удовлетворения потребностей семей в приусадебных участках. В нем устанавливается приоритетность выделения земель под дачные, садовые и огородные участки в прилегающих к крупным населенным пунктам и городам территориях. Предполагается также увеличить действующие нормы выделения земель приусадебного назначения.

Кроме производственной функции эти земли выполняют ряд необходимых социальных функций. Солидные наделы позволяют не только получать существенно больше продуктов и решать задачи самообеспечения продовольствием, но становятся важным фактором трудового воспитания детей, их более раннего знакомства с окружающей природной средой, развивают культуру земледелия и бережное отношение к земле, формируют деловую предприимчивость, т.е. несут определенную социальную нагрузку. Важны и такие функции, как вторичная занятость, отдых, частичное решение жилищной проблемы и др.

Повышенная продуктивность сельскохозяйственных земель обеспечивается экономически обоснованной величиной арендной платы, которая делает невозможным использование земли теми, кто по разным причинам не способен эффективно вести хозяйство. С другой стороны, относительно высокий уровень арендной платы позволит освободить производителей от всех налогов кроме отчислений в пенсионный и страховой фонды, что может существенно упростить налогообложение.

Предлагаемый механизм установления величины арендной платы учитывает разнообразные потребительские характеристики конкретных участков, обеспечивает равномерную загрузку земель различной категории и дает в итоге экономически обоснованную величину рентных платежей, не позволяющую плохо хозяйствовать. Последняя может меняться в зависимости от разных обстоятельств, в том числе:

инфляции и повышения цен;

прогрессивного роста доходности (в результате увеличения урожайности, структуры посевов, и др.). При этом рост арендной платы должен быть таким, чтобы это не особенно ущемляло интересы высокопродуктивных хозяйств и в то же время было ощутимым для отстающих в эффективности ведения дела землепользователей;

неблагоприятных природно-климатических условий.

Детали механизма отработаны таким образом, чтобы он управлял величиной арендной платы автоматически, при минимальном (главным образом, начальном и контрольном вмешательстве органов власти в земельные отношения) участии в нем чиновников (и полностью исключал возможности злоупотребления служебным положением).

Механизм предусматривает ряд дополнительных функций:

систематический контроль за состоянием землепользования;

возможность добровольного освобождения и приращения земель в пользование;

создание заинтересованности в улучшениях (дороги, энергосети, вода, очистные сооружения, мелиорация и др.);

способы компенсации затрат на улучшения;

компенсацию ухудшений, допущенных землепользователем;

механизм экологической защиты;

страхование от наступления различных неблагоприятных факторов сельскохозяйственной деятельности.

Одно из условий действенности рассматриваемого механизма – существование некоторого количества никем не занятой земли в качестве резервного фонда. В результате благодаря отсутствию дефицита на землю и равным условиям хозяйствования следует ожидать взаимодополняющее развитие фермерского, колхозного и совхозного землепользования и здоровой конкуренции.

Основные направления создания условий для организации рационального землепользования:

установить паритет цен на продукцию промышленности и сельского хозяйства;

средствами государственного регулирования (ценовой и налоговой политикой, политикой формирования доходов и т. д.) сделать более выгодным производство материальных благ по сравнению с посреднической деятельностью, создав одновременно экономический приоритет производителям сельскохозяйственной продукции;

откорректировать таможенную политику и защитить отечественного производителя.

Вот в наиболее общем представлении механизм, альтернативный программе приватизации земли. Но чтобы он мог работать, необходимо убрать препятствия общеэкономического плана. Прежде всего, требуется пересмотреть идеологические позиции, избавиться от абсурдных взглядов и намерений “реформаторов” в части приватизации земельных участков.

Россия – одна из самых обеспеченных сельскохозяйственными землями стран в мире. При современных методах рационального ведения хозяйства она может полностью обеспечить себя продукцией села, используя далеко не все имеющиеся площади. Но для этого нужна не приватизация, а общая нормализация положения в экономике с созданием приоритетов производственной сфере, дополненная альтернативным вариантом рационального землепользования, учитывающим объективное назначение отношений собственности на землю.

Нужна ли частная собственность

Примерно месяц тому назад я объявила о начале дискуссии о частной собственности. Мнений оказалось так много, что к вопросу о частной собственности, видно, придется возвращаться еще не раз. Вокруг этого вопроса напущено столько тумана, завязано столько запутанных узелков, что придется набраться терпения и приступить к развязыванию узелков одного за другим. Ну, например, такой вот узелок: почему у нас до сих пор путают совершенно разные вещи: предпринимательство и бизнес. Спросите: а какое отношение это имеет к проблеме частной собственности? Да самое прямое отношение! Дело в том, что бизнес не может существовать без частной собственности, а для предпринимательства форма собственности совсем не важна. Значит, и этот узелок придется распутывать именно в сочетании с общей проблемой частной собственности. Но об этом чуть позже. А сейчас давайте все же вспомним о той многоголосой путанице, которую еще раз обнаружила начатая дискуссия.

Разница между частной и личной собственностью

Да что там говорить, если даже у нас на довольно-таки интеллектуальном Форуме путают понятия «частная» и «личная» собственность. Я не стану называть фамилии авторов или комментаторов, так как их ошибки весьма типичны. Один утверждает, что одна корова – это тоже частная собственность, так как ее можно продать или купить. Другой называет частной собственностью огородик в шесть соток, так как выращенные на этом огородике овощи можно продать, а значит, — получить прибыль. Третий считает вполне допустимым считать частной собственностью комнатушку в коммуналке, так как угол в этой комнатушке можно сдать в аренду и, значит, тоже получить прибыль. Ну, и так далее. Я уже один раз приводила притчу о том, как слепые определяли, на что похож слон. Напомню еще раз.

Нескольких слепых попросили определить, на что похож слон. Один потрогал хобот и сказал, что слон похож на большую змею. Другой ощупал ногу и сказал, что слон похож на телеграфный столб. Третий, исследовав ухо, сказал, что слон – это как большая медуза. Вот так и наши теоретики. Приносит прибыль? Значит, частная собственность. Можно продать? Значит, частная собственность. Является средством производства? Значит, уж точно частная собственность. Ну, разве не похожи мы на тех слепых исследователей слона?

А ведь частная собственность – это понятие многогранное, и нельзя одну грань оторвать от другой. Надо рассматривать все признаки в совокупности. Если хотя бы одного из существенных признаков нет, то это, скорее всего, не частная, а личная собственность. Ну, да, корову можно продать, — это во-первых. Если ее молоком торговать, то она приносит прибыль. Это

во-вторых. Она является средством производства. Это – в третьих. Всё. Точка. Доказано, что корова – частная собственность. Но доказано ли? Нет. Забыто и о таком непременном свойстве частной собственности – о возможности с ее помощью эксплуатировать труд наемных работников. Ну, подумайте, какая же хозяйка одной коровы станет нанимать для ее обслуживания работников? Это же абсурд. Но… абсурд до определенного предела. Да, не станет нанимать для одной коровы или даже для двух-трех. А вот для целого стада придется нанимать, и, следовательно, эксплуатировать наемных работников. Значит, что?

Значит, приходится признать, что размер собственности – это тоже важный ее признак. Например, одна квартира из 3-4х комнат нужна человеку для проживания его самого и его семьи. Это – личная собственность. Но вот у Скрынник 13-комнатная квартира. Зачем она ей? А у многих нынешних богачей и вообще по нескольку квартир. Зачем они им? Ясно же, что это вложение наворованных денег для будущей перепродажи. Вот эти лишние квартиры, конечно же, можно считать частной собственностью. Вы скажете: мол, а разве квартира – средство производства? Ну, да, пока квартиры пустуют, они – всего лишь средство хранения вложенных денег. И если одна квартира нужна человеку для проживания, то в лишних квартирах можно открыть что угодно: хоть кафе, хоть мастерскую по ремонту чего-нибудь, а хоть и целое ателье. Вот вам и средство производства! И уж, конечно, тут тоже без наемной рабсилы не обойтись.

Есть ли существенная разница между крупной и мелкой частной собственностью?

Лично я считаю, что как раз существенной-то разницы и нет. Хотя вопрос о различии крупной и мелкой частной собственности и вызывает наиболее серьезные споры. В том, что крупная частная собственность – абсолютное зло, похоже, уже никто не сомневается. Но как только заходит речь о мелкой или даже средней частной собственности, тут уж сплошные разногласия. Вот, говорят некоторые левые (!) политики, надо уничтожить только крупную частную собственность, а вот среднюю и мелкую сохранить. Но ведь это все равно, что бороться с сорняками, срезав верхнюю ветвистую часть, а корешки оставить. Неужели не ясно, что уничтожить сорняки можно только выкорчевав все до единого корня и корешка? Так ведь то же самое и с частной собственностью! Ну, уничтожим крупную частную собственность. Так ведь на следующий же день ее место постараются занять средние, а за ними потянутся и мелкие собственники. Так уж устроен капитализм: богатство, частная собственность постоянно стремятся к увеличению. Ведь сущность капиталистической экономики не в том, чтобы обеспечить страну и народ продукцией своего производства, а в извлечении из производства прибыли. Причем, что особенно важно: личной прибыли, то есть прибыли для частного собственника. Стало быть, чем крупнее частная собственность, тем большую прибыль из нее можно извлечь. Вот поэтому всякий средний и мелкий собственник постоянно стремится к увеличению размеров своей частной собственности.

Что крупные частные собственники – это воры, — стало уже вроде как аксиомой. Вот, например, Дерипаска: увидев, что его «собственные» алюминиевые заводы в России малоприбыльны, стал строить такие заводы в Турции и вообще за рубежом. То есть, российский алюминий, добытый российскими рабочими, он гонит за рубеж и там наживается на дальнейшей обработке металла. Это ли не откровенное воровство? Впрочем, я уже сказала, что в том, что олигархи и вообще крупные частные собственники – воры, уже никто и не сомневается.

Я же берусь утверждать: что любая частная собственность, независимо от ее размера, — это тоже воровство. Из злого семени может вырасти только зло. И если у одной дамочки 13комнаятная квартира — это разве не ограбление бездомных или, скажем, вполне добропорядочных семей с детишками, ютящихся в однокомнатных квартирёнках? А таких нынче много. Но нынешнее частнособственническое государство заботится не о нормальных трудягах, а именно о ворах, награбивших огромные деньги, на которые можно купить хоть 13 комнатную квартиру, хоть целый многоэтажный дом. А у трудяг таких денег нет и не будет.

Да и с нравственной точки зрения разве не видно, что даже на почве самой мелкой частной собственности, в конце концов, вырастает всё то же самое скопище пороков, свойственных и крупной частной собственности? Например, мы ужасаемся тому, как крупный бизнесмен «заказал» своего сына, когда тот стал конкурентом в бизнесе. Но разве менее ужасно, когда внучек убил бабушку, чтобы завладеть ее однокомнатной приватизированной квартирой? (Впрочем, о квартирном вопросе придется написать отдельную статью). Нет, друзья, любая частная собственность порождает лишь злобу, ненависть, делает людей врагами друг другу. Ленин ведь говорил, что частная собственность разъединяет людей, в чем мы и убеждаемся сегодня ежедневно и ежечасно. И если кому-то кажется, что мелкая частная собственность – это безобидное, и даже полезное дело, то весь опыт российской истории за последние четверть века эти иллюзии давно развеял.

Введение частной собственности забило последний гвоздь в гроб СССР

Вообще-то, причин для гибели СССР было много, но все они были вполне устранимы. Но — при грамотном руководстве! Увы, к руководству страны, начиная с Горбачева, в 80-90 годы пришли люди именно неграмотные. Не по злой воле, а как раз в силу своего непонимания они и забили последний гвоздь в гроб великой страны – СССР. Эти гвоздем и было введение частной собственности. Вспомним, как всё начиналось. А начиналось всё с того, что социализм вознамерились лечить капитализмом. А капитализм-то ведь и зиждется на частной собственности. Сегодня уже трудно разобраться, кто из перестройщиков искренне верил в то, что недостатки социализма можно исправить капиталистическими методами. А кто, воспользовавшись сумятицей в мозгах высокостоящих партократов, надумал и на самом деле вернуть страну в капиталистическое прошлое. Много говорят об измене, о предательстве Горбачева. Но я не верю в то, что он умышленно толкнул СССР к гибели. Он – просто мелкий человечек, взявшийся за великое дело. И – провалил всё, что только можно было провалить. То же самое и насчет ученых-экономистов: многие из них, конечно же, не были ничьими агентами и никакими не предателями, а вполне искренне хотели улучшить социализм, который ведь и действительно нуждался в улучшении.

Вот такие, вполне честные, экономисты в годы перестройки серьезно высказывались за введение нэпа: мол, вот, смотрите: Ленин ввел нэп, допустил частную собственность и тем самым спас страну и от голода, и от мятежей. Но ученые забыли, что Ленин действовал совсем в другую эпоху, совсем в других условиях. С помощью нэпа Ленин вовсе не собирался лечить социализм капитализмом, а совсем наоборот, с помощью социализма он намеревался преодолевать капиталистическое наследие. Социализм тогда был еще слаб, только-только появились маленькие росточки. Лечить-то еще было нечего: это все равно что лечить грудного младенца от старческих болезней. Эти росточки надо было не лечить, а холить и лелеять. Ленин это понимал: читайте его статьи о первых субботниках. Но многомиллионным массам трудно было объяснить, что социализм не возникает в одночасье, что его надо строить долго и упорно. Люди-то смотрели не реальную жизнь и видели, что страна в разрухе, что голод надвигается, что обещанный большевиками социализм не очень-то отличается от проклятого капитализма. И в стране начались выступления недовольных.

Читайте так же:  Кто имеет право устанавливать налоги и сборы

Как справиться со стихией народного возмущения? Одними докладами и статьями народ не накормишь. И Ленин пошел на компромисс, вернув кое-какие элементы капитализма. Оживилась торговля, оживилось кустарное производство, с облегчением вздохнули крестьяне, для которых продналог был раем по сравнению с продразверсткой. Что поделать: ведь люди с капиталистическими привычками никуда не делись, старые спецы и работники были живы и с трудом воспринимали новые порядки. Ленин, как реалист, хорошо это понимал, потому и сделал уступку капитализму. Именно уступку, причем, — временную. И уж, конечно, было ясно, что с оживлением капиталистического торгашества оживятся и прежние жулики и мошенники. Но Ленин был уверен, что при сильном государстве и надлежащем контроле, в конце концов, удастся справиться и с жуликами.

А о каком нэпе можно было говорить после 70 лет строительства социализма? Поколения людей, привыкших жить по капиталистическим правилам, вымерли. Советские люди были, конечно, многим недовольны, но их пожелания были связаны вовсе не с капитализмом, а с улучшением социализма. Не зря ведь Горбачева приняли именно за его лозунги «К новому облику социализма», «К социализму с человеческим лицом» и т.д.

Ну, и как же перестройщики собирались улучшать социализм? С помощью чего они надеялись придать социализму более человеческое лицо? А вот как раз с помощью разных капиталистических штучек! И среди этих самых штучек и таилась ядовитая змея — частная собственность. И самая страшное – частная собственность на землю. Вспомните, как Черниченко с пеной у рта доказывал необходимость торговли землей, а когда его мечта осуществилась, воскликнул: «И все-таки она продается!». Ну, прямо Коперник эдакий! Но ведь он был не один, так считали многие экономисты. И политики пошли за этими экономистами. Это была грубейшая, можно сказать, роковая ошибка перестройщиков. Это было преступление!

Вот, говорили наши ньюнэпманы, и Ленин ввел частную собственность. Но и это заблуждение: Ленин не ввёл частную собственность, а сохранил кое-какие её остатки. Кстати, как раз на землю частная собственность была отменена в первые же дни советской власти. Причем, в полном соответствии с пожеланиями самих крестьян. Но и тут наворочено много лжи. Тот же Черниченко и иже с ним утверждали, что-де большевики обещали крестьянам землю, но обманули их. Это ложь! Во-первых, большевики вовсе не обещали дать крестьянам землю в частную собственность! Во-вторых, и сами крестьяне этого не хотели, по опыту зная, что частная собственность на землю как раз и способствует возникновению крупных помещичьих латифундий. Они хотели владеть землей, трудиться на ней, кормиться с нее, но исключить возможность купли-продажи земли. Вот ведь и в «Интернационале» пелось «Владеть землей имеем право». Понимаете – владеть. А это вовсе не означает иметь землю в частной собственности.

Однажды некоторые слишком уж радикально настроенные большевики обратились к Ленину: мол, что это за безобразие, у крестьянина такого-то слишком огромный надел земли, эдак он скоро и буржуем станет! Ленин спокойно ответил: мол, не станет: частная собственность на землю у нас отменена, а если человек сам или со своей семьей, но без привлечения наемных работников, может обрабатывать такой участок земли, то и пусть себе владеет им. Как видите, Ленин тут еще не теоретизирует, а просто интуитивно чувствует, где есть опасность буржуазности, а где – нет.

А вот в отношении промышленных объектов было не все так однозначно. Например, некоторые большевики-рабочие требовали немедленной национализации всех фабрик и заводов. Ленин им говорил: пожалуйста, мы хоть сейчас издадим указ о национализации. Власть у нас есть, бланков сколько угодно. А вы умеете управлять данным производством? Не умеете? Ну, а старый собственник умеет. Вот научимся мы сами справляться без старых собственников, без старых спецов, тогда всё и национализируем.

Повторяю еще и еще раз: Ленин делал временную уступку привычным для людей капиталистическим порядкам. А наши перестройщики, наоборот, именно привычный для советских людей социалистический уклад жизни порушили и вознамерились ввести – насильственно! – старый, давно выброшенный на помойку, капиталистический уклад. Да, это была та самая мина, которая была заложена в фундамент СССР в последние годы его существования, в результате чего СССР и взорвался. Это была роковая ошибка перестройщиков.

Уточняю: говоря об ошибке, я имею в виду честно заблуждавшихся, тех, кто искренне верил в то, что недостатки социализма можно исправить с помощью капиталистических инструментов. О тех прохвостах, которые на плечах наивных перестройщиков вознамерились въехать именно в капитализм, уже столько говорено-переговорено, что и толковать здесь не о чем. Они-таки въехали в него, и нас, дураков, в него втащили. Им-то от капитализма кое-что перепало, например, возможность безнаказанно разворовывать госсобственность и на этом сколачивать огромные богатства. Ну, а нам, дуракам, достались от капитализма одни мерзости. Кстати, именно честные экономисты-теоретики, уверявшие, что надо ввести в советскую экономику некоторые капиталистические атрибуты, и предложили организовать кооперацию. Вот ведь и Ленин говорил, что кооперация – этот всё, что нам нужно для построения социализма.

Да уж, наши ученые-экономисты, вслед за партократами, любили прятать своё недомыслие за спину классиков марксизма. Особенно с удовольствием ссылались на Ленина, — ведь он свой, родной, всеми любимый. И снова забыли о том, что Ленин говорил о необходимости кооперации для ТОГО времени. Прочтите его статью «О кооперации», в которой Ленин показывает, как отношение к кооперации менялось в зависимости от времени, от эпохи. Но и сейчас некоторые авторы у нас на Форуме убеждены, что кооперация и сегодня спасла бы нынешнюю (!) Россию от многих бед. В доказательство приводят тот факт, что в сталинское время кооперация неплохо существовала. Но и они, нынешние авторы, забывают о том, в каком веке мы живем, какое у нас государство. При Сталине-то кооперация существовала в рамках социализма! Это была кооперация, контролируемая социалистическим государством. Причем, сильным государством! А у нас сегодня нет не только сильного государства, но, похоже, и вообще никакого.

Однако, вернемся к временам перестройки. Горбачев-то задумал перестройку в еще советское время, еще при социализме. А ведь тогда были еще и Народный контроль, и ОБХСС, и прочие контролирующие органы. Вот тогда Горбачеву и его ученым подпевалам и надо было поучиться у Ленина и у Сталина! Перестройщики, надумав возродить кооперацию, как раз о главном-то и забыли: о необходимости госконтроля. Мол, рынок сам всё расставит по своим местам: наполнит прилавки магазинов, обеспечит разнообразие и высокое качество выпускаемой продукции и т.д. Сейчас-то многие из тогдашних воспевателей рынка притихли, а наиболее совестливые из них даже и высказывают нечто вроде сожаления, например, Шмелев. А тогда все они были увлечены идеей рынка. Во что выродился горбачевский нэп, в том числе и кооперация, сейчас уже видят все.

Я же хочу напомнить, как всё начиналось. Давайте приступим к развязыванию одного из самых крепко завязанных узелков: откуда взялась путаница совершенно разных понятий – предпринимательства и бизнеса. И главное: кому эта путаница выгодна. Ведь если серьезно разобраться, то нетрудно понять, что эта путаница на руку только ворам! Однако, и вполне честные люди считают эти понятия синонимами!

Да, именно так всё и началось: с большой лжи, с отождествления понятий «предпринимательство» и «бизнес»

Послушать только нынешних олигархов: с какой гордостью они называют себя предпринимателями! Еще бы, слово «предпринимательство» звучит очень даже позитивно: ведь само это слово содержит оценочное разделение людей. Мол, есть работники — слепые исполнители. А есть работники творческие, которые всегда стремятся что-то улучшить, усовершенствовать предпринять. Вот это и есть предприимчивые люди. Были ли в советское время предприимчивые люди? Конечно, были. Это люди с творческой жилкой. Они из тех, кому до всего есть дело. Они на заводах и фабриках стремились что-то улучшить, усовершенствовать. Но советские партократы укорачивали их творческие порывы. С одной стороны, вроде бы поощрялось новаторство, поддерживались рационализаторские предложения, за которые даже полагалась какое-то вознаграждение, хоть и копеечное. Но – не дай бог, если рационализатор начинал много зарабатывать! В этом партократы уже видели опасность буржуазного перерождения. Тут сразу же снижались расценки, увеличивались нормы. От этого страдали рядовые работники, НЕ рационализаторы, поэтому в коллективе недолюбливали рационализаторов, считая их выскочками, типа «тебе что, больше всех надо?».

Были и наиболее настойчивые рационализаторы, и если на госпредприятии им не удавалось осуществить свои замыслы, они создавали «своё» производство. Конечно, своих заводов и фабрик они создать не могли, а вот в сельском хозяйстве такое было вполне достижимо. Например, Худенко или Сивков – «Архангельский мужик». В колхозах и совхозах им не дали развернуться, так они организовали «свое» хозяйство. Но партократы добирались и до них. Худенко по сфабрикованным обвинениям был посажен в тюрьму, где и умер. Сивкова тоже все время укорачивали. Ну, как же: едва только такому умельцу удавалось наладить производство сельхозпродукции согласно своим идеям, как сразу же у него самого и у остальных работников поднимались заработки. А вот тут партократы и били тревогу: караул, буржуазное перерождение!

Впрочем, такие опасения партократов были и не совсем уж беспочвенными, и последующие события это подтвердили. Ведь на одного Сивкова, радеющего о стране, приходился десяток чубайсов, радеющих только о своей прибыли. Так что если Сивков и Худенко были действительно предпринимателями, то чубайсы уже тогда были в душе бизнесменами.

Так что в 90-х годах, когда власть в стране захватили ельцины-гайдары-чубайсы, по предпринимателям был нанесен окончательный, смертельный удар. И если в советской время предпринимательство, хоть и трудом, но все же развивалось, то с началом перестройки и, особенно, с приходом к власти ельцинской команды предпринимательство начали душить на корню. И кто же его душил? Душил бизнес! Да-да, именно бизнес и сожрал предпринимателей. Кто-то из предпринимателей махнул на всё рукой. А кто-то и сам рванул в бизнес. Кое-какие умельцы-предприниматели остались в провинции, где только и можно что-то заработать с помощью своих умелых рук, так сказать, в индивидуальном порядке. Заводы-то порушены, работу найти трудно. Но вот наше многомудрое правительство надумало и этим умельцам свернуть шею: увеличило размеры всяких обложений. Про то, как мелкие предприниматели уничтожаются, читали? Нет, нынешнему государству предприниматели не нужны. Просто потому, что по определению это люди честные, желающие зарабатывать деньги своим трудом. Такие люди опасны для воровского государства, ибо в их рядах зреет то самое недовольство, которое порождает мысли о несправедливости нынешнего общественного устройства, а значит, о необходимости этот режим свергнуть. То есть, совершить революцию!

Так чем все-таки бизнесмен отличается от предпринимателя? Уточним еще раз. Предприниматель – это человек, увлеченный идеей что-то организовать, улучшить, усовершенствовать в определенной сфере. Например, Худенко или Сивков были увлечены сельскохозяйственными проблемами. Такие люди идут к осуществлению своей мечты через все препоны, но не кидаются в другую отрасль, где, может быть, и полегче добиться успеха, но их эта отрасль не интересует.

А вот бизнесмен – это человек, которого интересует не какой-то конкретный круг деятельности, а исключительно делание денег. Сегодня бизнесмен может заниматься строительством, завтра – разведением коров, послезавтра – производством женских прокладок … В общем, бизнесмен кидается туда, где можно больше сколотить денег. Да, предпринимательство и бизнес – это не просто разные, но прямо-таки противоположные понятия. Однако, эти два слова считались синонимами как раньше, так и сейчас. Вот это-то очень серьезное заблуждение принесло большие потери для страны и для народа. Это заблуждение и сегодня тормозит развитие революционного сознания, а следовательно, и всего левого протестного движения. Впрочем, как я уже говорила, заблуждаются люди честные, а нынешние хозяева жизни – мошенники и воры, и они вовсе не заблуждаются, а путают эти понятия умышленно!

Но есть еще одно, причем, очень важное различие: предпринимательство может превосходно развиваться без частной собственности, а бизнес только на частной собственности и зиждется! В советское время предприниматель мог вполне осуществлять свою задумку, скажем, на земле, принадлежащей государству или колхозу. Вспомним того же Сивкова. Он говорил: мол, дайте мне возможность хозяйничать на земле так, как я считаю нужным, и я завалю страну продуктами. Вот только продавать землю нельзя ни под каким видом! Видите: продавать (соответственно и покупать) землю нельзя! А ведь возможность продавать и покупать есть один из существенных признаков частной собственности.

В следующей статье я расскажу страшную историю о том, как бизнес сожрал предпринимателей. Приведу не только общеизвестные примеры, но и свои личные наблюдения. Приведу конкретные примеры тех предпринимателей, которых бизнес и сожрал.

А пока — поздравляю всех форумчан с Днем Победы. Не хотела поздравлять вчера, глядя на то, как крысёныши, захватившие в стране власть, празднуют украденную у нас Победу.

Нужна ли частная собственность