Какой термин является верным моральный вред или моральный ущерб

Использование психологической экспертизы при решении вопроса о компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате преступных деяний

Если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Такое правило установлено в ст.151 Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ). В этой связи закономерно возникает вопрос: как точно можно оценить моральные страдания человека соразмерно денежной сумме, с тем, чтобы адекватно определить и компенсировать их в ходе судебного разбирательства?

Согласно ст.151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания. Наиболее полное определение морального вреда дано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20 декабря 1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в котором моральный вред, определяется, как нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина. 1 Некоторые авторы предлагают вместо термина моральный вред использовать термины моральный убыток или моральный ущерб. Однако действующий закон оперирует понятием моральный вред, что, на наш взгляд, является верным, поскольку оно носит более конкретный характер. Если обратиться к словарю С. И. Ожегова, то слово вред означает ущерб или порчу, а слова убыток и ущерб являются синонимами 2 . Именно, термины убыток и ущерб по своему смыслу указывают на материальный характер преступных последствий.

В законодательстве используются словосочетания возмещение морального вреда и ком-пенсация морального вреда, что, по нашему мнению, является не совсем точным, поскольку, в словаре С. И. Ожегова: компенсация есть вознаграждение, возмещение, уравновешение чего ни будь нарушенного; возмещение — замена, чем ни будь недостающим или утраченным 3 . Как видим, слово возмещение, по содержанию, более узкое, чем компенсация и не охватывает всего смысла восстановления нарушенных прав.

Вопрос о моральном вреде длительное время является предметом научных дискуссий, причем в центре тяжести этих споров был и остается вопрос о допустимости компенсации морального вреда в денежной форме. Преобла-дающим в течение многих лет считалось мнение о недопустимости такой компенсации. Видимо поэтому гражданское законодательство России до 1990 года не предусматривало ни самого понятия морального вреда, ни, естественно, возможности его компенсации 4 .

Серьезным аргументом противников компенсации морального вреда в имущественной форме была трудность ее объективной оценки.

Конституция Российской Федерации право на жизнь, здоровье, честь и достоинство возводит в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав.

К сожалению, на практике, суды не всегда дают четкое обоснование компенсации морального вреда в денежной форме, и, в частности, не указывают в решениях, на основании чего устанавливается та, а не иная сумма. Проблема состоит в том, что закон каких — либо критериев, по которым определяются эти размеры, не содержит, передавая решение данного вопроса на усмотрение суда. Вместе с тем, ст.197 ГПК РСФСР требует, чтобы суд в своем решении мотивировал размер определяемой компенсации морального вреда.

Перед судьей возникают большие трудности при определении степени эмоциональных переживаний, а, следовательно, и компенсационной суммы, поскольку размер компенсации зависит от характера и объема причиненных человеку нравственных и физических страданий, от степени вины причинителя вреда в каждом конкретном случае, индивидуальных особенностей потерпевшего и от иных заслуживающих внимания обстоятельств (например, материального положения ответчика).

В соответствии с п.1 ст.1070 и ст.1100 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Согласно п.2 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу. В ст.1100 ГК РФ предусмотрена компенсация морального вреда независимо от вины причинителя вреда и когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности или распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Суд вправе на основании п. 3 ст. 1083 ГК РФ уменьшить размер компенсации вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения за исключением случаев, когда вред причинен умышленными действиями. Конституция РФ (ст. 52) гарантирует право на компенсацию вреда государством. В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). С точки зрения философии, разум — это ум; человеческий дар, позволяющий понимать и осмысливать 5 , а справедливость — один из принципов, определяющих добрые взаимные отношения между людьми, заключающийся в том, чтобы каждый получал то, на что имеет право, однако, при этом, не нарушая прав других 6 .

Институт психологической экспертизы при компенсации морального вреда на практике применяется редко.

Проблемы определения размера суммы компенсации морального вреда рассматривались в разное время такими учеными, как: К. И. Голубев, В. М. Жуйков, Б. Завидов, Г. Б. Иванов, Н. В. Кузнецова, С.Мамичева, С. В. Нарижный, В. Я. Понарин, С. В. Потапенко, И. Решетникова, И. А. Тактаев, А. М. Эрделевский. Единства мнений по данному поводу до настоящего времени нет. Так, А.М. Эрделевский предлагает тарифную систему подсчета компенсации морального вреда (заметим, что данная система применяется в настоящее время судами). На наш взгляд, тарифную систему нельзя признать точной, так как за основу берутся, в общем, средние качества и свойства индивида, однако, личность — это индивид, которому присущи индивидуальные свойства и психические процессы, протекающие так, как свойственно только ему, поскольку у людей разные уровни эмоциональной устойчивости.

Применение знаний психолога является одним из способов объективно определить наличие стресса у индивида, уровень его эмоциональных переживаний и страданий.

Психологическая экспертиза не имеет отлаженной структуры использования в практической деятельности. Так, в каждом случае ее назначения, например, в рамках уголовного процесса, следователю предстоит самому найти необходимых специалистов (сведущих лиц), способных провести экспертное исследование. Ими должны быть психологи достаточно широкого профиля 7 . А именно, психолог должен обладать такими специальными познаниями, которые позволят ответить на поставленные перед ним вопросы относительно конкретной личности.

В российском законодательстве нет определения специальных познаний. По мнению Х. Линдмяэ, на практике нет необходимости в резком отграничении специальных знаний от общих, а существуют они в диалектическом единстве. На этом основании он предлагает при назначении экспертизы или привлечении к участию в производстве следственного действия специалиста исходить из специальности эксперта и специалиста, обеспечивая тем самым использование специальных знаний, навыков и умений из нужной области 8 .

Наиболее конкретным, представляется определение специальных познаний, данное авторами учебника «Криминалистика»: как познаний, приобретенных субъектами в процессе практической деятельности путем специальной подготовки или профессионального опыта, основанных на системе теоретических знаний в соответствующей области 9 .

Знания психолога — это специальные познания. Профессиональными знаниями теории и методологии психологии, практическими навыками и умениями проведения психологических исследований обладает только психолог, имеющий высшее психологическое образование и работающий по своей специальности. Но это не означает, что любой выпускник высшего учебного заведения, получивший диплом по специальности «Психология», имеет достаточную профессиональную подготовку для проведения экспертизы. В психологии очень много специализаций, поэтому психологи, не имеющие дополнительной подготовки именно по судебной психологии и, соответственно, не имеющие опыта экспертной работы, не могут быть отнесены к лицам, обладающим необходимыми пси-хологическими познаниями для дачи экспертно-го заключения. Это очень важное обстоятельство для лиц, назначающих экспертизу, поскольку нигде в законодательстве не оговаривается, кого считать профессионально компетентным для производства судебной экспертизы, в том числе проводимой психологом .

Моральный вред можно компенсировать — хотя бы деньгами

Здоровье в биологическом и правовом аспектах

Здоровье как нематериальное благо (ст. 128 Гражданского кодекса РФ), принадлежащее человеку от рождения, нельзя купить, продать, сдать в аренду, заложить в качестве обеспечения залога и так далее. Оно неотчуждаемо и непередаваемо. Неприкосновенность здоровья личности провозглашена Конституцией РФ (ч. 1 ст. 22 Конституции ­РФ).

юрист, управляющий ООО «Центр медицинского права», г. Омск (с филиалами в Москве, Новосибирске, Пензе); руководитель Омского регионального отделения МОО «Ассоциация медицинских юристов», заместитель председателя Общественного совета по защите прав пациентов при Управлении Росздравнадзора по Омской области

Но в биологическом плане здоровье подвержено воздействиям — как внутренним, так и внешним. Обладатель здоровья своими вредными или полезными привычками также влияет на него. К примеру, неправильный образ жизни может вызвать высокое артериальное давление, снизить подвижность суставов, уменьшить жизненную емкость ­легких.

За устранением либо коррекцией болезненных симптомов мы обращаемся к врачу, имеющему специальные знания об этиологии, патогенезе заболеваний и их лечении, а также практические ­навыки.

Врач должен осуществлять профессиональную деятельность надлежащим образом не только в силу убеждения и данной им клятвы, но и под угрозой уголовной ответственности. Уголовная ответственность установлена УК РФ за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 118 УК РФ); причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения профессиональных обязанностей (ч. 2 ст. 109 УК РФ); неоказание помощи больному (ст. 124 УК РФ), принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ч. 2 ст. 120 УК РФ), производство, хранение, перевозку либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности (ст. 238 УК ­РФ).

Читайте так же:  Льготы для инвалидов в тюмени

Последствия ненадлежащей медпомощи обычно явно отражаются на состоянии пациента. Поэтому законом предусмотрена денежная компенсация морального вреда. Раз уж пациент испытал физические и нравственные страдания — извольте компенсировать ­деньгами.

Лица, завершившие освоение образовательной программы высшего медицинского образования, при получении документа об образовании и о квалификации дают клятву врача следующего ­содержания:

«Получая высокое звание врача и приступая к профессиональной деятельности, я торжественно ­клянусь:

  • честно исполнять свой врачебный долг, посвятить свои знания и умения предупреждению и лечению заболеваний, сохранению и укреплению здоровья ­человека;
  • быть всегда готовым оказать медицинскую помощь, хранить врачебную тайну, внимательно и заботливо относиться к пациенту, действовать исключительно в его интересах независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других ­обстоятельств;
  • проявлять высочайшее уважение к жизни человека, никогда не прибегать к осуществлению ­эвтаназии;хранить благодарность и уважение к своим учителям, быть требовательным и справедливым к своим ученикам, способствовать их профессиональному ­росту;
  • доброжелательно относиться к коллегам, обращаться к ним за помощью и советом, если этого требуют интересы пациента, и самому никогда не отказывать коллегам в помощи и ­совете;
  • постоянно совершенствовать свое профессиональное мастерство, беречь и развивать благородные традиции ­медицины».

Ст. 71 Федерального закона от 21.11.2011 N 323‑ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»

Необходимо и достаточно

Для удовлетворения иска о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащей медпомощью, необходимо наличие состава гражданского ­правонарушения:

  • противоправные действия причинителя ­вреда;
  • наличие ­вреда;
  • причинно-следственная связь между противоправными действиями и причиненным ­вредом;
  • вина причинителя ­вреда.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», потерпевший должен представить доказательства факта увечья или иного повреждения здоровья, размера причиненного вреда, а также того, что именно ответчик является его причинителем или лицом, обязанным его возместить по ­закону.

По действующему гражданскому законодательству, за вред, причиненный медработником (ненадлежащее оказание медпомощи), отвечает работодатель — медицинская организация (ст. 1068 Гражданского кодекса РФ). Зато после удовлетворения гражданского иска о денежной компенсации морального вреда больница может предъявить врачу обратное требование (регресс, ст. 1081 Гражданского кодекса РФ). Если в действиях врача есть состав уголовного преступления — в полном объеме удовлетворенного иска. Если нет — в пределах его месячного заработка (ст. 241 Трудового кодекса РФ). Однако в своей юридической практике, начиная с 1999 года, автор ни разу не встречался с регрессными требованиями больницы к ­врачу.

Стомиллионные иски не проходят

При обращении в суд истец определяет размер компенсации морального вреда на свое усмотрение. Насмотревшись западных фильмов и познакомившись через Интернет с нашумевшими случаями судебных решений англосаксонской правовой системы, российские пациенты пробовали заявлять суммы в 20–100 млн рублей. Но тут следует понимать, что заявленная в иске сумма вовсе не означает, что судья удовлетворит ее в полном ­объеме.

Окончательное решение о размере компенсации морального вреда остается за судом. А законодатель установил лишь общие положения, которые изложены в части второй ст. 1101 Гражданского кодекса РФ: «Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения… При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей ­потерпевшего».

В 2014 году лидером по присужденной сумме компенсации стал Санкт-Петербург. В июне 2014‑го в пользу пациентки Ирины Разиной из Санкт-Петербургского государственного медуниверситета им. Павлова взыскано 15 млн рублей. Как установил суд, в сентябре 2010 года после неверно выбранной тактики ведения родов на свет появился мальчик с необратимым повреждением головного мозга, через два года мучений он умер. В ноябре 2014‑го была рассмотрена апелляционная жалоба ответчика, но городской суд Санкт-Петербурга оставил решение суда первой инстанции в ­силе.

В итоге сложился судебный прецедент. И хотя этот прецедент не является обязательным для других судов в качестве точки отсчета размера компенсации, все же продвинутые истцы-пострадавшие вполне могут ссылаться на это решение, чтобы обосновать заявленную сумму.

Вот и получается, что с учетом этих критериев миллионные исковые требования о компенсации причиненного морального вреда уменьшаются в десятки, а то и сотни раз — поскольку судьи ориентируются на правоприменительную практику своего ­региона.

Пациенты чаще выигрывают

По России ежегодно подается порядка трех-пяти тысяч исков о моральном ущербе, причиненном действиями врачей. Ответчиками выступают медицинские организации разной формы ­собственности.

Тем не менее большинство российских пациентов плохо умеет пользоваться своими правами — люди могут месяцами страдать из‑за некачественного лечения и при этом никуда не обращаться. По данным федерального фонда ОМС, по всей стране по последствиям медицинской помощи, оказанной в системе ОМС, подается не более 300 исков в год. Основной повод для исков — «нарушение качества при оказании медицинской помощи». При этом больше половины дел пациенты выигрывают. К примеру, в первом полугодии 2014 года было рассмотрено 174 дела, и по 109 из них были вынесены решения в пользу пациентов. В общей сложности они получили компенсацию в 20 млн рублей за моральный вред и 3 млн рублей за материальный ущерб. Таким образом, средняя сумма компенсации составила 212 тыс. ­рублей.

Одно время лидерство по размеру денежной компенсации морального вреда в России держал Новосибирск. Так, в декабре 2010 года Центральный районный суд Новосибирска удовлетворил исковые требования Анны Лаппи к медицинскому центру «Авиценна». Новорожденная дочь Анны погибла в частном роддоме, а у женщины врач не удалил остатки плаценты, возник сепсис, матку пришлось ­удалить.

В качестве денежной компенсации морального вреда суд взыскал с ответчика 7 млн рублей — сумму, которая и фигурировала в исковом заявлении пострадавшей. Однако после подачи медцентром кассационной жалобы размер компенсации уменьшили до трех ­миллионов.

Таким образом, институт денежной компенсации морального вреда за ненадлежащую медпомощь в России уже сложился и является достаточно эффективным средством правовой защиты пациентов. Достойный размер денежной компенсации морального вреда призван не только возместить физические страдания и нравственные переживания, но и профилактирует подобные правонарушения в сфере ­здравоохранения.

Избежать иска о денежной компенсации причиненного морального вреда вполне реально. Для этого от лечащего врача требуется надлежащее выполнение профессиональных обязанностей по своевременному оказанию медицинской помощи, правильному выбору методов профилактики, диагностики, лечения и ­реабилитации.

А если ошибки все же имели место — нужно уметь разговаривать с пациентом и его родственниками, признавать допущенные промахи и извиняться за них, а не игнорировать пациентов и тем более грубить им. Грубое поведение — это почти 100 %-ная гарантия, что в дальнейшем вам всё равно придется общаться, но уже в рамках судебного ­процесса.

ВС поднял размер компенсации морального вреда

Истец Алексей Золотарев после длительного содержания в СИЗО был оправдан присяжными и получил право на реабилитацию. Он добивался компенсации исходя из расчета 2000 руб. за каждый день содержания под стражей – в общей сложности 2,366 млн руб. Однако первые две инстанции решили, что 150 000 руб. полностью компенсируют моральный вред от трех лет в СИЗО. При этом они отклонили доводы истца о нравственных страданиях, связанных с утратой социальных связей, с отсутствием возможности длительное время создать семью в связи с нахождением в изоляции от общества в период проведения предварительного и судебного следствия. Суд решил, что истец не доказал эти доводы.

В Верховном суде (дело № 78-КГ18-38) истцу помогли ссылки на нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод и практику Европейского суда по правам человека. Верховный суд согласился, что при определении размера компенсации морального вреда следует руководствоваться практикой ЕСПЧ, и поднял компенсацию, присудив заявителю запрошенную сумму.

ВС сослался на ст. 8 Конвенции, которая гарантирует защиту частной и семейной жизни. При этом понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми, отмечено в определении коллегии. У истца есть и сын-студент, который жил вместе с отцом, и родители, которым Золотарев помогал материально, напомнил ВС. Эти обстоятельства «не вызывают сомнений в силу их очевидности», отметила коллегия, и нижестоящим инстанциям следовало учесть их при определении размера компенсации.

ВС также сослался на Пленум № 10, в котором указано, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав и др.

Также суды при определении размера компенсации морального вреда оставили без внимания личность истца, который ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, заметил ВС: незаконное привлечение его к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей было «существенным психотравмирующим фактором», чего не учел суд.

Ирина Фаст, адвокат АК Гражданские компенсации Гражданские компенсации Региональный рейтинг III группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции × , считает решение гражданской коллегии революционным: оно может стать началом новой судебной практики, поднимающей размеры компенсаций по всем категориям дел до хотя бы минимально разумных.

Несмотря на очевидность того, что компенсации должны быть разумными, что нужно применять нормы международного права, что должны быть ориентиры хотя бы от Верховного суда по размерам таких компенсаций, этот судебный акт на моей памяти является первым, в котором высший судебный орган дал какие-то рекомендации относительно размеров компенсаций.

Ирина Фаст, адвокат АК Гражданские компенсации Гражданские компенсации Региональный рейтинг III группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции ×

Читайте так же:  Компенсация отпуска при ликвидации

Андрей Гривцов, партнер АБ ЗКС Адвокатское бюро «ЗКС» Федеральный рейтинг I группа Уголовное право и процесс Профайл компании × приветствовал решение ВС и заметил, что подобной практики ранее фактически не существовало. «Особенно ценно, что суд сослался на практику ЕСПЧ, которая более гуманна», – заметил он. Адвокат Сергей Голубок также высоко оценил решение, хотя и отметил ряд минусов мотивировки. По его словам, из текста определения не совсем понятно, за что именно назначена компенсация: ВС говорит о нарушении права истца на уважение семейной жизни (ст. 8 Конвенции), но при этом ссылается на практику по делам о бесчеловечных условиях содержания в следственных изоляторах (ст. 3). При этом Голубок надеется, что решение ВС будет не единичным.

Радует, что Верховный суд кардинально поднял размер компенсации. Издевательски маленькие компенсации за незаконные действия органов власти и должностных лиц ведут к продолжению их противоправного поведения, де-факто поощряя его.

Сергей Голубок, адвокат

По словам Гривцова, одна из причин небольшого числа решений по компенсациям в целом связана с малым числом оправдательных приговоров. Кроме того, у людей, как правило, уже не остается сил на то, чтобы идти за компенсацией морального вреда, пояснил он. «В настоящей ситуации истец пошел до конца, и это можно только приветствовать», – заметил Гривцов. Для изменения ситуации с размерами компенсаций нужно вносить изменения в действующее законодательство и устанавливать критерии, отмечает Ирина Фаст. Другим вариантом решения вопроса являются рекомендательные разъяснения ВС по этому поводу.

Сущность понятия «моральный вред»

С целью наиболее четкого обозначения и восприятия понятия «моральный вред» обратимся к определению понятия «вред». Под вредом в цивилистической литературе понимается «всякое умаление охраняемого правом блага, имущественного или не имущественного».

Отмечается, что, гражданско-правовой вред — это социальное понятие, так как нарушение субъективного права лица сопровождается нарушением объективного права, нарушением установленных и защищаемых законом общественных (гражданско-правовых) отношений.

Среди цивилистов отсутствует согласие в определении рассматриваемого понятия, что говорит о его несовершенстве. Так, вред определяют «как последствие посягательства на общественные отношения, как последствие нарушения охраняемых законом прав и интересов государства, организаций или граждан». A.M. Эрделевский указывает, что под вредом в гражданском праве понимаются неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным). В.М. Болдинов так же, как A.M. Эрделевский, дифференцирует вред на имущественный и неимущественный.

Существует мнение, что понятия «вред» и «ущерб» являются синонимами, а понятие «убыток» — их денежным выражением. Иного взгляда придерживается О.С. Иоффе. В.М. Болдинов также настаивает на синонимичности рассматриваемых понятий.

В.М. Болдинов указывает, что в литературе понятие «вред» обозначает родовое понятие отрицательных последствий правонарушения, а понятие «ущерб» — натурально-вещественную форму выражения вреда, которой соответствует один из установленных в законе (ст. 1082 ГК РФ) способов его возмещения — возмещение в натуре (предоставление вещи того же рода и качества или исправление поврежденной вещи и т.п.). Между тем В.М. Болдинов утверждает, что термины «вред» и «ущерб» тождественны, а законодатель использует их как равнозначные.

К сожалению, не только граждане, но и некоторые цивилисты путают или не придают значения в употреблении вышеупомянутых терминов.

На наш взгляд, различие понятий «вред» и «ущерб», применительно к рассматриваемой автором настоящего исследования — очевидно, а их смешивание — не допустимо. Так, из смысла статьи 151 ГК РФ вытекает, что вред может быть только моральным и носит неимущественный характер. Понятие же «ущерб» подпадает под определение убытков; определение ущерба базируется на гражданско-правовой норме об убытках: «Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)». Так, ущерб не может носить неимущественного характера. Его возможно возместить в натуре. Моральный же вред подобному возмещению не подлежит. Очевидно и допустимо только то, что оба понятия могут и должны оцениваться в денежном выражении.

Таким образом, мы полагаем, что наличие вреда, причиненного нематериальным благам, должно являться условием для возложения ответственности по компенсации морального вреда.

Одно из полных определений понятия «моральный вред» дается Пленумом Верховного Суда РФ в Постановлении № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». В обозначенном Постановлении моральный вред понимается как: «нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина». Таким образом, в соответствии с указанным Постановлением, моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страдании и др. Представленный перечень действий (бездействия), нарушающих права гражданина и причиняющих ему нравственные или физические страдания, является подробным, но неисчерпывающим.

Нормы, определяющие моральный вред и его компенсацию, содержатся в статьях 12,151, 152, 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На наш взгляд, можно согласиться с определением морального вреда, данным в статье 151 Гражданского кодекса РФ, который определяется как физические и нравственные страдания. В свою очередь определение, представленное в статье 151 ГК РФ, настолько неполно по своему содержанию, что в связи с этим без его дополнения и уточнения будет сложно раскрыть тему.

Следует отметить, что некоторые ученые, занимающиеся исследованиями в области компенсации морального вреда, при определении понятия «моральный вред» отдают предпочтение нравственным страданиям над физическими.

Так, по мнению Е.А. Михно, «моральный вред есть отрицательные последствия нарушения имущественных или неимущественных благ, выразившиеся в душевных страданиях или переживаниях. Иными словами, основанием для денежной компенсации морального вреда является правонарушение, в результате которого лицо претерпело эмоциональный урон. Физические страдания как правовая категория в понятие морального вреда не могут быть включены. Они приобретают юридическую значимость для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда лишь постольку, поскольку вызывают нравственные страдания».

Однако, на наш взгляд, нравственные страдания являются всего лишь одной из двух составляющих морального вреда. Поэтому подобного рода определения морального вреда могут привести к не совсем верному пониманию и применению понятия «моральный вред» и института компенсации морального вреда, что может повлечь за собой проблемы в правоприменительной области при возложении ответственности за причинение морального вреда.

То обстоятельство, что моральный вред представляет собой физические и нравственные страдания, чрезвычайно важно для правильного понимания и применения института компенсации морального вреда в современном российском законодательстве. Так, например, A.M. Эрделевский полагает: «В совокупности нравственные и физические страдания составляют моральный вред, который при наличии других необходимых условий должен быть в соответствии со статьей 151 ГК РФ компенсирован в денежной форме». Согласно Н.С. Малеину, под моральным вредом следует понимать «неимущественный вред, выражающийся в причинении потерпевшему нравственных или физических страданий».

Заслуживает внимания и точка зрения, согласно которой предлагается разделить понятие «моральный вред» на «чисто моральный вред» и «моральный вред, связанный с имущественным вредом, применительно к посягательству на здоровье человека». Имеется в виду, что телесный вред, причиненный здоровью человека, всегда взаимосвязан с вредом моральным и является его предпосылкой. Но не нужно забывать, что вред здоровью материален, он влечет изменения в телесной и имущественной сферах человека, а вред моральный, хотя и является чаще всего следствием вреда здоровью, но нематериален, он выражается в чувствах неполноценности, ненужности, вины, ощущениях боли, плохом самочувствии, стрессе, страхе, переживаниях, беспокойстве и т.д., которые отражаются на эмоциональном состоянии потерпевшего и могут быть выражены посредством эмоций.

Следует обратить внимание на то, что существует еще одно определение морального вреда, согласно которому моральный вред представляет собой причиненный физическому лицу нравственный ущерб, опосредованно причиняющий и физический вред. Представленное определение не может быть верным в связи с тем, что нравственные страдания — понятие нематериального характера, ущерб же не может быть нравственным, поскольку носит имущественный характер. Кроме того, в случаях причинения физического вреда здоровью этот вред служит предпосылкой к возникновению нравственных и физических страданий, а не наоборот, как излагается автором рассматриваемого определения.

Согласно иной точки зрения, под моральным вредом (физическими и нравственными страданиями) следует понимать негативные психические реакции человека, выражающиеся в ощущениях и представлениях.

Интересен и тот факт, что цивилисты, изначально представляющие моральный вред как нравственные страдания, в дальнейшем, ссылаясь на законодательное определение понятия «моральный вред», не пытались возразить или отступить от законодательного определения, противоречившего своему представлению о моральном вреде. Так, например, М.Н. Малеина утверждала: «иногда понятия «неимущественный» и «моральный вред» считают тождественными и используют в качестве синонимов», но это не совсем удачно, «ибо неимущественный вред выражается в причиненных нравственных переживаниях (собственно моральный вред) и физических страданиях. Моральный вред может заключаться в страхе, унижении, беспомощности, стыде, в переживании иного дискомфортного состояния в связи с утратой родных, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением сведений, не соответствующих действительности, временным ограничением или лишением каких-либо прав и др. Физический вред выражается в причинении физической боли. Часто нарушение права сопровождается и моральным, и физическим вредом». М.Н. Малеина предлагает не противопоставлять их, а рассматривать как компенсирующиеся оба вида неимущественного вреда. Впоследствии она отмечает, что в законе термин «моральный вред» раскрывается как физические или нравственные страдания: «Поскольку «нравственный» и «моральный» выступают как синонимы, более удачно было бы использовать в законодательстве термин «неимущественный вред». Кроме того, «неимущественный вред» может сочетать физические и нравственные страдания. Поэтому правильно рассматривать неимущественный вред как физические и (или) нравственные переживания, а не как исключающую их альтернативу». Обращает на себя внимание то, что термин «нравственные переживания», которым оперирует М.Н. Малеина, используется как равнозначное понятие с термином «нравственные страдания» также и Пленумом Верховного Суда РФ в его Постановлении № 10 от 20 декабря 1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Читайте так же:  Все требования мвф

Наиболее вероятно, что понятие «неимущественный вред» включает в себя не только моральные и физические страдания, но и вред здоровью. Подобной позиции в своих взглядах придерживается A.M. Эрделевский. Он считает: «физический вред, который целесообразнее было бы называть органическим вредом, представляет собой любые негативные изменения в организме человека, препятствующие его благополучному биологическому функционированию. А что представляет собой благополучное биологическое функционирование организма? Это есть нормальное с медицинской точки зрения протекание всех психофизиологических процессов в организме человека, физический (органический) вред — это вред материальный с естественнонаучной точки зрения и вместе с тем, неимущественный; негативные изменения происходят в организме (т.е. в материальной сфере потерпевшего) под влиянием определенных внешних воздействий. Эти изменения в свою очередь приводят или могут привести к негативным изменениям в состоянии психического благополучия и (или) в имущественной сфере личности. Негативные изменения в состоянии психического благополучия могут выражаться в обоего рода страданиях (моральный вред), а негативные изменения в имущественной сфере — в расходах, связанных с коррекцией или функциональной компенсацией недостатков в организме потерпевшего, и утрате дохода (имущественный вред). Следовательно, любой органический вред в целях его возмещения распадается на моральный и имущественный». Аналогичной точки зрения придерживаются К.И. Голубев и С.В. Нарижний. По мнению Михно Е.А., неимущественный вред можно определить как «любые отрицательные неимущественные последствия правонарушения», что представляется вполне верной общей фразой.

Таким образом, на основании вышеизложенного, моральный вред можно определить как, негативные последствия правонарушения, выражающиеся посредством эмоций в физических и/или нравственных страданиях, отражающихся на эмоциональном состоянии потерпевшего, которые не могут быть возмещены в натуре, носят личный неимущественный характер и могут быть оценены в денежном выражении.

Моральный вред характеризуется нарушением психического благополучия, душевного равновесия, физической целостности организма человека, выражающихся в болезненных симптомах, чувствах страдания от физической боли, проявляющихся в головокружении, ознобе, тошноте, судорогах, дискомфортном состоянии всего или части организма, в чувствах унижения, раздражения, гнева, отчаяния, стыда, социальной неполноценности и т.п. Кроме того, моральный вред, представляя собой претерпевание человеком нравственных и физических страданий, может привести к ущемлению и сужению свободы человека.

На наш взгляд, моральный вред входит в одно из составляющих вреда неимущественного, помимо вреда здоровью. Заметим, что после нанесения по существу физический вред здоровью и моральный вред являются непоправимыми и, в гражданско-правовом смысле возмещению не подлежат. Между тем вред здоровью может быть поправим и подлежит оценке, в отличие от морального вреда, который не возмещается в натуре и не может быть оценен с позиций оценки вреда здоровью, а может быть только компенсирован.

Для наглядного примера рассмотрим ситуацию, когда физическое лицо получает вред здоровью, выраженный во внешних и внутренних повреждениях организма. Таким образом, произошедшие негативные изменения в здоровье человека будут составлять вред здоровью данного лица, который почти всегда связан с физическими и нравственными страданиями, переносимыми организмом потерпевшего с момента получения повреждений, в процессе прохождения им медикаментозного лечения и до его полного выздоровления. Естественно, что в течение всего периода лечения, берущего свое начало с момента причинения вреда, потерпевший будет испытывать нравственные и физические страдания, выражающиеся в осознании своей социальной незащищенности, физической неполноценности и ущербности. Нравственные страдания могут сопровождать человека и после его физического выздоровления. При этом не следует забывать, что любое правонарушение, в том числе и не причинившее вреда здоровью, может вызвать нравственные страдания потерпевшего.

Впоследствии для удовлетворения своих физиологических потребностей, вызванных повреждением здоровья, с целью восстановления своего нарушенного права на жизнь, предусмотренного Конституцией РФ, потерпевший, руководствуясь статьей 12 ГК РФ, которая в качестве способов защиты гражданских прав предусматривает компенсацию морального вреда и возмещение убытков, несет убытки в виде реального ущерба и упущенной выгоды, которые подлежат возмещению в полном объеме, а также претерпевает связанные с повреждением здоровья физические страдания, сопряженные со страданиями нравственными. Следовательно, тот неимущественный вред, причиненный потерпевшему, складывается из физического вреда, а также физических и нравственных страданий, которые по характеру возмещения будут различны. Соответственно потерпевший имеет все основания требовать, в соответствии со статьями 151, 1099-1101 ГК РФ, компенсации причиненного ему морального вреда и, руководствуясь статьей 1085 ГК РФ, убытков, причиненных повреждением здоровья и включающих в себя расходы на лечение, в том числе санаторно-курортное, приобретение лекарств, дополнительное питание, протезирование, посторонний уход, приобретение специальных транспортных средств и т.д. Исходя из изложенного, полагаем, что, физический вред представляет собой вред неимущественный, одновременно являясь материальным, в связи с чем в рассматриваемом вопросе мне близки позиции К.И. Голубева, С.В. Нарижнего и A.M. Эрделевского.

«Думается, что понятию «моральный вред» в его сегодняшнем понимании более соответствует название «нематериальный вред», поскольку им можно охватить оба вида страданий, характеризующих моральный вред, и, при этом, данный термин не будет включать в себя понятие «вред здоровью» (телесный вред)», — считают ученые К.И. Голубев и С.В. Нарижний. С подобной точкой зрения можно согласиться, но с условием оговорки о возможности компенсации морального вреда в денежном эквиваленте. Другой вопрос — это то, что моральный вред возмещается независимо от возмещения имущественного вреда и не может быть поставлен в зависимость от его размеров. Однако непонятен рационализм подобного предложения, чего не отрицают и с чем соглашаются непосредственно сами ученые: « весьма сомнительно, что слово «нематериальный» является более удачным по сравнению со словом «моральный», которое уже весьма прочно укоренилось в отечественном праве».

Иной точки зрения придерживается A.M. Эрделевский: «Поскольку моральный вред находит выражение в негативных психических реакциях потерпевшего, правильнее было бы использовать понятие «психический вред». Представляется, что психический вред тождественен вреду нравственному, и ввиду этого предложенное ученым название, расходится с двойственной структурой морального вреда, исключая из его содержания физические переживания, что не допустимо и противоречит правильному толкованию рассматриваемого понятия. Между тем если предположить, что все физические страдания отражаются на подсознательном уровне потерпевшего и подвержены осознанию им, вызывая соответствующие реакции со стороны психики человека, то можно согласиться и с предложенной точкой зрения.

На наш взгляд, предложение более удачного названия понятия «моральный вред» лишь вводит в заблуждение и порождает противоречия в квалифицировании рассматриваемого понятия, противопоставляя одно его составляющее другому. Представляется, что понятие «моральный вред» настолько укоренилось в гражданском законодательстве Российской Федерации, что стало своего рода устойчивым оборотом, фразеологизмом.

Так, в 2003-2006 г.г. автором, в ходе преподавательской деятельности в трех высших учебных заведениях города Липецка, на семинарских занятиях по дисциплине «Гражданское право» (темы «моральный вред» и «компенсация морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортных происшествий») были проведены опросы трехсот студентов, показавшие, что понятие «моральный вред» для 80% из 100% опрошенных наиболее понятно для понимания и осознания, нежели такие понятия, как, например, «психический вред» и «вред нематериальный».

Таким образом, подводя итог по статье, понятию «моральный вред», отметим, что институт морального вреда в гражданском законодательстве Российской Федерации представляет собой основной способ защиты нематериальных благ личности посредством компенсации морального вреда, который закреплен в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обратим внимание, на то, что о возмещении вреда здоровью говорится в положениях § 2 главы 59 ГК РФ — «Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина». О компенсации морального вреда в гражданском законодательстве изложено в статьях 12, 151, 152, 1099-1101, входящих в состав главы 8 ГК РФ — «Нематериальные блага и их защита» и главы 59 ГК РФ Обязательства вследствие причинения вреда».

Более чем пятнадцатилетняя практика существования института компенсации морального вреда, не устранила всех противоречий в определении понятия «моральный вред». Различные понимания и толкования этого понятия на момент написания настоящей статьи свидетельствовали о невозможности принятия наиболее оптимальных, обоснованных решений и выводов в рассматриваемой области, а также о необходимости правильных подходов к пониманию, определению и применению непосредственно понятия «моральный вред». Немаловажно, что название «моральный вред» функционирует в настоящее время как своеобразный правовой фразеологизм, как устойчивое лексическое сочетание. Как видно из выше обозначенных определений различных ученых-цивилистов, моральный вред трактуется по-разному, имеет своим содержанием непоследовательную структуру и разнообразные составляющие.

Отметим, что моральный вред входит в одно из составляющих вреда неимущественного, помимо включенного в это понятие физического вреда здоровью. Заслуживает внимания тот факт; что после нанесения по существу, вред здоровью и моральный вред являются необратимыми и в гражданско-правовом смысле возмещению не подлежат.

Между тем вред здоровью, по сути, может подлежать оценке, в отличие от морального вреда, который не возмещается в натуре и не может быть оценен фактически, а может быть только «заглажен», говоря иначе, компенсирован.

Имеются все основания считать, что, понятия «вред» и «ущерб» отличны друг от друга. Моральным может быть только вред, но не ущерб. Они схожи лишь в том, что оба оцениваются в денежном выражении: моральный вред компенсируется отдельно, независимо • от возмещения причиненного потерпевшему имущественного ущерба.

Считается важным подчеркнуть, что моральный вред представляет собой физические и нравственные страдания. Данное обстоятельство играет роль для правильного понимания и применения института компенсации морального вреда в гражданском законодательстве. Подобной точки зрения о двойственной структуре морального вреда придерживаются такие известные ученые, как Беляцкин С.А., Голубев К.И., Малеин Н.С., Нарижний С.В., Эрделевский A.M.

На наш взгляд, будет неполным определение морального вреда как нравственных и физических страданий.

Исходя из вышеизложенного, моральный вред было бы правильно рассматривать как негативные последствия правонарушения, выражающиеся посредством эмоций в физических и/или нравственных страданиях, отражающихся на эмоциональном состоянии потерпевшего, которые не могут быть возмещены в натуре, носят личный неимущественный характер и могут быть оценены в денежном выражении.

Подобное определение понятия «моральный вред» имеет принципиально важное значение для теории цивилистической науки и правоприменительной практики.

Какой термин является верным моральный вред или моральный ущерб